Экономика Швейцарии и Вторая мировая война

Вопрос характера внешнеэкономической политики Швейцарии периода Второй мировой войны является важным, но при этом малоизученным аспектом, помогающим лучше понимать особенности швейцарского нейтралитета. В нашем материале мы постарались, опираясь на существующую научную литературу и опубликованные источники, но не претендуя на окончательность, внести некоторую ясность в эту непростую проблематику.

Этот контент был опубликован 08 мая 2021 года - 10:04 08 мая 2021 года - 10:04 Игорь Петров

Род. 1969 г. в Москве, отслужил два года (1987-1989) в Погранвойсках, в том числе на Памире на афганской границе, где впервые увидел горы. Выпускник Исторического факультета МГУ, канд. ист. наук, защитил диссертацию по внешней политике Германии 1919-1929 гг., преподаватель РГГУ и Правовой Академии Минюста России, где еще заведовал международными академическими связями, дипломат (работа в длительных командировках в Германии и Швейцарии), журналист, переводчик, писатель, автор монографий «Очерки истории Швейцарии» и «Введение в страноведение Швейцарии», владеет немецким и английским языками, с 2012 года – руководитель русскоязычной редакции портала SWI Swissinfo.

Экономика Швейцарии всегда была тесно интегрирована в систему мировых и европейских промышленных и финансовых рынков. Недостаток сырьевых ресурсов, а также ограниченность внутреннего рынка требовали от Швейцарии уделять особое внимание своему внешнеэкономическому курсу. Поскольку в первой половине 20-го века объем импорта в Швейцарию, как правило, превосходил объем швейцарского экспорта, возникал внешнеторговый дефицит, покрывавшийся доходами из сферы услуг (страхование, туризм), а также процентами со швейцарских капиталов, размещенных за рубежами Конфедерации.

Показать больше

Этот контент был опубликован 06 мая 2020 года 06 мая 2020 года Что делал Адольф Гитлер в Швейцарии и на какие деньги был организован «Пивной путч»? Подробности в нашем историческом материале.

Мировой экономический кризис нанес сильный удар по швейцарской экономике и привел к значительному сокращению швейцарских экспортных возможностей. Этот удар усиливался «долговым кризисом», в котором оказались в это время Германия и страны Восточной Европы. В 1930 г. доля экспорта в общем объеме промышленного производства Швейцарии впервые опустилась ниже отметки в 20%. Превысить этот показатель страна снова смогла только в 1949 году. Тем самым период 30-40-х гг. 20-го века характеризовался весьма неблагоприятными внешнеэкономическими условиями.

Но если в 1930-е гг. основной причиной такой ситуации было значительное падение зарубежного спроса вследствие кризиса, то в 1940-е гг. на первом месте стояли военные события в Европе, имевшие далеко идущие негативные последствия для мировой промышленной конъюнктуры. В этих условиях швейцарское государство начало проводить политику всемерной поддержки своей экспортной промышленности.

Тем самым в период национал-социалистического господства в Германии и в эпоху Второй мировой войны, швейцарская внешняя экономическая деятельность «политизировалась» и стала одной из несущих опор национальной внешней политики и политики безопасности.

Война и экономика

Следует учитывать, что «Союзники» и «Державы оси» вели не только собственно военные действия. Речь шла и об ожесточенной экономической и торговой войне, в которую были вовлечены и нейтральные страны. Их экспортно ориентированные отрасли по-разному реагировали на экономическое столкновение двух противостоящих блоков. Что касается Швейцарии, то наиболее серьезно война ударила по её текстильной промышленности, тогда как химическое, машиностроительное и часовое производство переживало в период с 1940 по 1943 гг. эпоху высокой конъюнктуры.

Швейцарские предприниматели активно стремились компенсировать потерю американских, английских и французских рынков сбыта сотрудничеством с «третьим рейхом» и фашистской Италией. Доля германского и итальянского импорта в Швейцарии в период непосредственно перед войной составляла 30%. Одновременно на эти страны приходилось почти 29% швейцарского экспорта. В 1941 и 1942 гг. данные показатели составляли соответственно 40 и 50%. Эти годы были периодом самых больших военных успехов «держав оси», и как раз в это время началось активное увеличение объема долгов Германии и Италии перед Швейцарией в рамках клиринговых расчетов.

После поражения Германии под Сталинградом швейцарские предприниматели начинают вести более осторожную политику, стремясь к сокращению объемов поставок «третьему рейху» и к переориентации, в частности, на других «нейтралов» (Швецию, Испанию, Португалию, Турцию). На эти страны с 1940 по 1944 гг. в общей сложности приходилось 20% швейцарского экспорта, который, правда, так или иначе продолжал в значительной степени страдать от торговой войны «Союзников» и «Держав оси».

Новый порядок

С началом Второй мировой войны Германия пыталась навязать Европе не только политически, но и экономически новый порядок. Существовал целый ряд проектов, с помощью которых она надеялась эффективно противостоять американо-британской промышленной блокаде. Швейцария к такого рода проектам относилась скорее скептически, делая, однако, ставку на прагматическое приспособление к новым реалиям. В итоге идея «нового европейского экономического пространства» под руководством Берлина конкретизировалась в формате сети многосторонних клиринговых соглашений с участием в том числе и Конфедерации.

Швейцарские политические власти и промышленники прекрасно понимали, что контролируемая Германией система регулирования расчетных денежных потоков имела в основе своей прежде всего военно-политические резоны. «Союзники» также не отставали и интенсивно разрабатывали свое видение экономического порядка в Европе. Однако и здесь не все было так просто. Состоявшаяся без участия «нейтралов» летом 1944 г. в Бреттон-Вудсе финансовая конференция «союзников» привела к тому, что Швейцария окончательно заняла отрицательную позицию и по отношению к наметившемуся доминированию США в послевоенном экономическом мироустройстве.

Что же касается конкретного внешнеэкономического курса Швейцарии в военный период, то его реализация происходила на основе проведения соответствующих переговоров со всеми сторонами для того, чтобы обеспечить дальнейшее функционирование уже существовавших промышленных связей. Так как после начала военных действий «союзники» ввели по отношению к Германии режим экономической блокады, швейцарские власти приняли адекватные меры и перешли к государственному контролю над импортом и экспортом.

Октябрь 1939 года: в Швейцарии введено строгое рационирование ограниченных запасов минерального топлива, так что эта женщина-цветочница в Женеве вынуждена сама транспортировать свой товар. akg-images / Paul Almasy

Весной 1940 г. Швейцария достигла с Францией и Англией договоренности о том, как и в какой степени Берн будет участвовать в антигерманской экономической блокаде, однако вскоре Париж был завоеван немцами, Франция потерпела военное поражение и выбыла из числа участников этого соглашения. За исключением очень небольшого участка границы в районе Женевы Швейцария была полностью окружена зоной германского влияния. Пытаясь противостоять экономическим санкциям «союзников», Германия ввела режим т.н. «контрблокады». Тем самым внешнеэкономический курс Швейцарии был «политизирован» окончательно.

Вашингтон и Лондон пытались своей «политикой черных списков» (blacklisting-Politik) побудить швейцарских предпринимателей не иметь никаких контактов с гитлеровской Германией. Однако Федеральный совет (правительство) и отраслевые объединения швейцарских промышленников отвергали любые вмешательства во внешнеэкономический курс Швейцарии. В ноябре 1943 г. Федеральный совет своим указом запретил швейцарским предпринимателям заключать какие-либо соглашения («undertakings») с «союзными» державами в плане своего возможного отказа осуществлять поставки в Германию.

Прагматическое сближение с Берлином

После поражения Франции летом 1940 г. швейцарские переговорщики начали активные консультации с представителями соответствующих германских министерств. В результате этих переговоров были заключены (в августе 1940 г. и в июле 1941 г.) два швейцарско-германских экономических соглашения, которые заложили основу для регулярного промышленного сотрудничества Берна и Берлина, продолжавшегося примерно до конца 1942 г.

Показать больше

Этот контент был опубликован 08 мая 2017 года 08 мая 2017 года Пресса Швейцарии: «Он хотел войны сознательно, готовил с большой осторожностью, начал так, как планировал, и тогда, когда хотел».

В 1940 г. Федеральный совет выделил под швейцарско-германское клиринговое соглашение кредитную линию в размере 150 млн. шв. франков (летом 1941 г. эта сумма возросла до 850 млн.). Таким образом, очевиден тот факт, что готовностью предоставить Германии свои финансовые средства Швейцария внесла заметный вклад в финансирование германской военной машины. Немцы, разумеется, положительно оценивали эту готовность, характеризуя позицию Швейцарии как «солидарный вклад Конфедерации в войну против большевизма». В любом случае такой курс Швейцарии означал выбор в пользу возможной постепенной интеграции в европейский экономический порядок, основные характеристики которого объективно определялись Германией.

По мнению как швейцарского руководства, так и швейцарских предпринимателей, государственная поддержка национального экспорта не имела в тех конкретно-исторических условиях какой-либо альтернативы: необходимая загрузка промышленных мощностей страны должна была обеспечить конкурентоспособность швейцарской экономики в послевоенный период, вне зависимости от того, в чью пользу завершится мировой вооруженный конфликт. Решение этой задачи требовало скоординированных действий швейцарских военных и гражданских структур.

Частичная демобилизация швейцарской армии летом и осенью 1940 г., в результате которой численность национальных вооруженных сил сократилась с 450 до 150 тыс. чел., и проводившиеся параллельно в это же время экономические переговоры с Германией, завершившиеся в августе 1940 г. заключением первого клирингового соглашения, стали одной из главных опор швейцарской оборонной стратегии «национального редута». Демобилизованные солдаты возвратились на свои рабочие места, начав вносить свой вклад в укрепление экономики страны, сама же армия под командованием генерала Анри Гизана рассчитывала зарыться в горы и таким образом либо отразить возможную агрессию, либо «пересидеть» период военной грозы.

Подпорченный имидж

Швейцария смогла «купить» себе мир, заплатив за него, однако, существенным ухудшением своего имиджа, прежде всего в глазах Великобритании, которая после заключения пакта Риббентропа-Молотова и падения Франции вплоть до 22 июня 1941 г. фактически в одиночку противостояла Германии. США сохраняли нейтральную позицию, поддерживая, однако, в рамках программы «ленд-лиз» Лондон, который смог компенсировать себе отсутствие поставок необходимых материалов из Швейцарии.

8 декабря 1941 г. США вступили в войну на стороне Великобритании и начали экономическую войну против швейцарских предприятий, занимавшихся поставками в Германию. В 1943 г. «союзники» в ультимативном тоне потребовали от «нейтралов» поддержать антинацистскую борьбу объединенных наций. Политико-экономическое давление на Швейцарию существенно возросло. Результаты не замедлили сказаться — как мы уже упоминали, с 1943 г. Швейцария начала постепенно сворачивать поставки «державам оси», новых кредитов в рамках клиринга с той же Германией Федеральный совет больше не выдавал. Не был возобновлен и завершивший свое действие в конце 1942 г. швейцарско-германский договор об экономическом сотрудничестве.

Показать больше

Этот контент был опубликован 08 мая 2020 года 08 мая 2020 года Почему Конфедерация оказалась невосприимчива к идеям национал-социализма? Попытка анализа на пересечении истории и современности.

С 1943 г. Швейцария начала проводить сбалансированный курс, стараясь не раздражать «союзников», но и не рвать резко всех отношений с государствами германского блока. Успех этой политики зависел во многом уже не от самой Швейцарии, а от позиции Вашингтона и Лондона. Документы показывают, что, несмотря ни на что, Швейцария имела в глазах англо-американских дипломатов солидный кредит политического доверия, ведь, будучи нейтральным государством, Конфедерация могла оказаться «союзникам» весьма и весьма полезной (забота о военнопленных, Швейцария как территория, идеально подходящая для деятельности спецслужб, и т.д.).

Совсем иной была позиция союзнических структур, отвечавших за ведение экономической войны против Германии. Они выступали в пользу того, чтобы рассматривать Швейцарию в качестве фактического сателлита Германии. Экономическая кооперация Швейцарии и Германии в области товарной торговли, поставки швейцарского электричества в Германию, транзит, осуществлявшийся «державами оси» через Швейцарию, перемещение на швейцарские счета состояний ведущих нацистов — все это рассматривалось ими в качестве факторов, продлевавших способность Германии к сопротивлению, то есть продлевавших войну.

16 февраля 1945 г. Федеральный совет уступил, наконец, давлению США и наложил эмбарго на германское имущество в Швейцарии. Одновременно Конфедерация пошла на срыв переговоров по заключению очередного швейцарско-германского соглашения об экономическом сотрудничестве. Эти действия смогли создать общий базис для минимального взаимопонимания между (западными) «союзниками» и Швейцарией.

Чего хотел Берлин

В целом не подлежит сомнению тот факт, что Германия была в значительной степени заинтересована в поставках военных товаров или «товаров двойного назначения» (следует учитывать, что сами по себе это весьма растяжимые понятия) в том числе и из Швейцарии, особенно в период, когда блицкриг против СССР превратился в затяжную изматывающую войну. Однако факт поставок следует оценивать объективно.

Если проанализировать количественные показатели, то экономика оккупированных Германией западноевропейских стран вносила куда больший вклад в обеспечение бесперебойного функционирования германской военной машины. Поэтому особое значение Швейцария имела для Германии не в промышленной, а в финансовой области. Вспомним, что летом 1941 г. американский доллар потерял для Германии свое значение в качестве международно признанного платежного средства. Швейцарский франк остался единственной свободно конвертируемой валютой, доступ к которой не был для Германии закрыт.

Переправляя в Швейцарию активы жертв Холокоста, а также золотые запасы оккупированных стран, прежде всего Бельгии и Голландии, Берлин получал столь необходимую валюту, с помощью которой на рынках «третьих стран» (Швеция, Испания, Португалия, Румыния) приобретались услуги, сырье и топливо. Поэтому, выступая в качестве международного финансового центра, Швейцария объективно поддерживала функционирование германской военной экономики. Что касается товарной сферы, то здесь швейцарские поставки (электричество, алюминий, промышленное оборудование, даже оружие, например, производимые в тогдашнем пригороде Цюриха Эрликон одноименные 20 мм. авиационные пушки «MG-FF/M», которой были вооружены самолеты как Германии, так и стран антигитлеровской коалиции) были важны, но не играли решающей роли.