Нужен ли Уфе дом собачьей надежды?

В 25 км от центра Уфы, в полузаброшенном посёлке Новоалександровка, расположился приют фонда защиты бездомных животных «Доброта». Чтобы его найти, пришлось долго плутать по закоулкам, вглядываясь в слепые дыры окон. Первыми нас почуяли собаки: подняли лай и сориентировали лучше навигатора.

- Геть! – рыкнул на них вышедший охранник. - Не бойся, не кусают…

Собаки действительно оказались миролюбивыми и, несмотря на опасения, ухоженными и вполне упитанными.

Двухэтажное здание без окон, дверей и коммуникаций город даровал фонду в 2009 году после двух лет хождений директора Земфиры Галлямовой по инстанциям.

- Мы были готовы, что получим что-то подобное, - говорит Земфира. – То, что дали у чёрта на куличках, даже лучше. Вокруг только заброшенные здания, собачий лай никого не тревожит. Желающие сдать бездомную псину до нас любыми путями добираются. А вот если помощь надо оказать, почему-то находят с трудом.

Ещё два года они искали крупного спонсора, готового вложиться в ремонт. Тщетно. Своими силами и на свои средства заложили кирпичами часть оконных проёмов, чтобы меньше дуло. В прошлом году Минэкономразвития РБ в рамках программы поддержки некоммерческих благотворительных организаций выделило фонду 1 млн рублей. На них сделали ремонт, частично вставили окна, провели свет и воду. И наконец летом взяли первых постояльцев. Всего их сейчас 113. Приют переполнен.

Под «жилую» часть отведено одно большое помещение – четвёртая часть здания. Отопления нет: щенята прижимаются к обогревателю. Более резвые носятся по комнате, диванам. Другие штурмуют стоящую на полу огромную кастрюлю с кашей, грызут куриные лапки и пытаются допрыгнуть до пакета с сухим кормом. Его экономят: этот последний. И крупа уже заканчивается.

- Где найти деньги на ежедневные расходы – головная боль для всех зоозащитных организаций, - говорит Земфира. – Каждый день скармливаем 10 килограммов сухого корма, две 20-литровые кастрюли каши. За месяц сберкарта собрала 12 000 рублей пожертвований. 8 000 заплатили за электричество, 4 000 ушло на покупку корма и лекарств, кое-что привозили добровольцы. А ещё нужно платить зарплату сторожам. Так что опять в долгах.

Чернушка поехала домой

Земфира Галлямова хорошо знает, где находится сердце. Она врач функциональной диагностики, делает электрокардиограммы. Животных любила всегда. Каждый день после работы едет сюда. С 5 до 8 вечера она и ветеринар, и повар, и уборщица. В остальное время за животными присматривают два охранника – Пётр и Фаиль. Других постоянных помощников в приюте нет. Не считая девочек, которые помогают вести бухгалтерию, оформлять документы, раскручивать фонд в Интернете, перевозить груз или собак.

Когда мы приехали, работа была в самом разгаре. В руках у Петра жалобно поскуливает щенок. Земфира вводит ему шприцем антибиотик. Лекарства – ещё одна значительная статья расходов. Каждая поступившая собака обрабатывается от паразитов, получает прививки. Это уже 500 рублей. Многие стерилизуются – тоже недешевая операция. Если животное больное, сумма вырастает. Выражение «заживёт, как на собаке», если дело касается щенков, не работает. Многие умирают, не сумев справиться с тяжёлым заболеванием - энтеритом.

С лета фонд пристроил всего 30 питомцев. Кто-то не доезжает до приюта, кому-то кажется, что 500 рублей, которые Земфира просит за вылеченную, простерилизованную собаку, слишком много. А бывает, самому директору не нравится потенциальный будущий хозяин.

На улице собаки снова зашлись в лае. Приехали молодые люди - хотят выбрать и увезти сторожевую собаку аж в Салаватский район. Забежал взволнованный Петр:

- Чернушку нашу выбрали… Эх, самая умная, хорошая. Кто же теперь меня будет провожать до магазина и встречать?

Молодые люди кивают.

Скорая звериная помощь

Деятельность фонда «Доброта» не раз становилась предметом язвительных реплик со стороны других зоозащитных организаций. Мол, и здание выбили у города, и целый миллион у республики, а эффекта минимум. В пример приводят свой вариант оказания помощи – временные передержки. Судя по отчетам благотворительного фонда «Потеряшки», это действительно эффективно. За три года таким способом удалось пристроить около 3 000 бездомных кошек и собак.

У «Потеряшек» есть горячая линия, по которой оператор круглосуточно принимает и распределяет звонки о попавших в беду животных. За собак отвечает один куратор, за кошек – другой, есть отдельные люди, оказывающие помощь котятам, а есть занимающиеся особо сложными случаями. Каждый из 23 постоянных помощников выполняет свою работу безвозмездно.

Группа подбирает только экстренных животных, которым требуется незамедлительная помощь ветеринара. Всех бродячих забирать не могут: размещать негде. Принятому питомцу оказывают медпомощь, затем определяют на передержку – к добровольцам, готовым на время приютить найдёныша у себя дома. С начала года за это они получают зарплату – 1500 рублей. Тем временем четырехлапому проводят профессиональную фотосессию и вывешивают портфолио в Интернете. Иногда будущий хозяин находится уже на следующий день, а иногда на передержки уходит целый год. Деньги на все расходы собирают также благодаря пиару в сети. До марта 2011 года группа вела публичную финансовую отчетность. По последним доступным данным, за три месяца группа собрала пожертвований на 118 тысяч рублей. Расписаны и статьи расходов на эту сумму. Сейчас таких отчетов на сайте и в соцсети не найти.

Чёрный ящик

Есть еще один вид так называемой помощи – коробочники. У рынков в разных частях города сидят женщины с ящиками, в которых поскуливают собаки и кошки. Они принимают за символические суммы – 100-200 рублей – животных у населения, а потом пристраивают бесплатно всем желающим. В прошлом году разразился скандал: всё чаще в подъездах домов, расположенных недалеко от того места, где развернули деятельность коробочники, стали находить замотанные скотчем ящики с больными щенятами и котятами. Натыкались и в пригородных лесах на трупы с переломленными шеями… Широкая огласка привела к тому, что женщины с известных точек ушли, но появляются периодически в других местах. Расцветает подобная торговля на сайтах и в газетах объявлений. Недавно зоозащитники громко разоблачали ещё одних «мошенников». Уфимская семья открыла небольшой приют в частном доме, о хозяйке показали сюжеты по ТВ, писали в газетах. Но защитники животных через некоторое время подняли шум, дескать, она держала собак в ужасных условиях, те умирали. Сейчас приют продолжает работать, но в другом помещении, расположение которого никто не знает.

МНЕНИЯ

Кто приютит приют?

Марина Соколова, руководитель Союза любителей животных Уфы «Ника»:

- Приют должен быть только государственный! Его строительство - сложная задача. Надо обеспечить отличные санитарные условия, поставить комфортные вольеры, ухаживать должны ветеринары и получать за это зарплату. Необходимо постоянно проводить проверки выполнения всех условий. Если дать государственные деньги частным зоозащитным организациям на строительство приюта, получится бардак. И условий нормальных создать не смогут, и деньги будут оседать где-то на стороне. Взять даже нынешние так называемые фонды защиты животных. Они подобранных породистых кошек и собак продают по вполне рыночным расценкам, за остальных тоже деньги берут. Приют просто превратится в их руках в средство бизнеса.

Клара Васильева, представитель благотворительного фонда «Потеряшки»:

- Создавать муниципальный приют ни в коем случае нельзя. Есть печальный опыт других регионов. Подобные учреждения, финансируемые из городского бюджета, превращаются в концлагеря. Потому что создают их, как правило, на большое количество мест, а это гарантия того, что там будет процветать инфекция. А кто придёт туда работать за гроши? Полубомжи, которые устроят террор животным похлеще, чем на улице. Я уж не говорю, сколько бюджетных денег уйдёт налево. Приютов должно быть несколько: небольших и обязательно частных, созданных зоозащитными организациями.

(Башкирское региональное приложение к газете «Аргументы и факты», №9, 2013)