Аисты не кусаются. «Кусаются» злые слова, или Кто мы, люди?

Написать этот материал меня побудили две весомые (и надеюсь, что они являются весомыми в системе координат всех моих земляков) причины. Во-первых, всех пожилых людей, которые добросовестно трудились, растили детей, я считаю достоянием нашей страны. Их надо уважать, беречь, прислушиваться к их мнению. Во-вторых, как и все у нас в Беларуси, я с особым трепетом отношусь к аистам. Наверно, эта необъяснимая трепетность у нас в генах, потому что так же относились к «буслам» и мои родители, и дедушки с бабушками. Как и для них, для меня, хоть я не суеверная, аисты – наши ангелы-хранители, которые приносят добро и мир. И обидеть эту птицу – взять на душу большой грех.

А вот и сама история. Все произошло на днях в Тарновском сельсовете. Об этом рассказал по телефону житель сельсовета Болеслав Брониславович. Позвонив, он представился, в двух словах рассказал о себе. Ему идет 85-й год, живет вместе с женой, держит в хозяйстве коз.

– Я бы вас не беспокоил, – продолжал он, – но не могу сдержать эмоций. Сначала я позвонил председателю сельисполкома, но он уехал по делам, поэтому решил рассказать все вам. В общем, вы, наверно, слышали, что у нас в Тарновском сельсовете несколько дней назад пронеслась буря – с сильным ветром, дождем, градом. И повалила недалеко от нашего дома тополь, на котором давно гнездятся аисты. В этом году они вывели двух птенцов. Они уже подросли, но еще не летали. Вместе с гнездом их бурей сбросило на землю. Люди после дождя аистят вместе с гнездом отнесли на луг, где стоял прицеп. Это примерно в 500 метрах от нашего дома. На этот прицеп поместили гнездо. Там сейчас аистиная семья и живет. Один птенец, правда, вскоре умер. А второго родители-аисты очень хорошо досматривают. Мы радовались, что хоть один птенец спасся, и, может, он вырастет и с ним все будет хорошо.

– Примерно через два дня я пошел на луг, чтобы забрать оттуда домой козочек, – продолжал мой собеседник. – На том самом лугу находится тот прицеп с аистами. И увидел возле гнезда детей. Я их знаю. И к ним, как ко всем деткам, относился с любовью и уважением. Мальчик уже пошел в школу, а девочка немного младше него. Я обратил внимание, что дети ведут себя агрессивно. Подошел, а они говорят: «Эти аисты хотят нас покусать. И мы их за это убьем». Меня поразили их слова, но я вежливо им объяснил, что аисты не собираются их кусать, и их не надо убивать. Особенно не надо обижать маленького, потому что он еще даже летать не может. Просто не надо их тревожить и подходить к ним. А дети в ответ такими бранными, обидными словами меня обозвали, что мне стало плохо. Еще никто в жизни меня так не оскорблял. И тем более я не ожидал, что на такое способны малые дети. И самое страшное – они продолжали повторять: «Все равно мы их убьем».

Рассказывая этот эпизод, Болеслав Брониславович заплакал. Он очень переживал за птиц. И ему было очень обидно, что его так оскорбили те, к кому он раньше испытывал только добрые чувства.

– Знаете, – продолжал, немного успокоившись, пожилой сельчанин, – я не хочу, чтобы этих детей наказали. Просто хочется, чтобы им объяснили, что нельзя так делать и так говорить. У меня, к сожалению, объяснить не получилось… Несмотря ни на что, я за этих детей переживаю: у них же вся жизнь впереди. Как же они пойдут по ней с такой жестокостью в сердце?

Попрощавшись с Болеславом Брониславовичем, я позвонила в Тарновский сельисполком. Председателя сельисполкома Валентина Островца еще не было на месте, но специалист обещала передать о моем звонке. Прошло немного времени, и Валентин Степанович сам перезвонил в редакцию. Он сказал, что сразу после сообщения о звонке уже пробовал разобраться с неприятной историей и побывал в семье обидевшегося пенсионера, выслушал другую сторону. Что же касается птиц, то сельисполком с самого начала принимал участие в их судьбе.

– Да, действительно, недавно в Тарново и окрестностях прошла гроза. Она свалила старый тополь, – подтвердил Валентин Островец. – С деревом упало и гнездо. Там было два птенца. Один не пострадал, а второй, к сожалению, сильно поранился. Я был там, и мы принимали участие в спасении птиц. Как только узнали о случившемся, сразу позвонили в горрайинспекцию природных ресурсов и охраны окружающей среды. В инспекции объяснили, что аисты – это существа дикой природы, и участие человека в их судьбе должно быть минимальным. Аистят должны воспитывать взрослые птицы, иначе они будут неприспособленными жить в естественной среде обитания. Единственное, что от нас требовалось, – это ни в коем случае не оставлять гнездо на земле, а поместить его повыше, чтобы оно было недоступно для собак, крыс и других хищных животных. Гнездо поместили на прицепе в поле. Взрослые аисты не оставили своих детенышей. К сожалению, поранившийся аистенок умер. А об уцелевшем родители очень хорошо заботятся. Носят ему лягушек, другой корм. Надеемся, скоро он начнет летать.

– После вашего звонка, – продолжал Валентин Степанович, – я встретился с Болеславом Брониславовичем. Я его знаю давно. Он очень порядочный человек, всю жизнь проработал в совхозе водителем, пользуется уважением, у него хорошая семья. От Болеслава Брониславовича я узнал, какие дети его оскорбили. Дети уже, правда, уехали в Лиду, так как там живут. А этот дом в Тарновском сельсовете принадлежал их прабабушке и прадедушке, которые уже умерли. Наследники решили дом не продавать и используют его как дачу. Все они – тоже порядочные, уважаемые люди. Дом у них очень ухоженный. Мы застали в нем дедушку и бабушку тех мальчика и девочки. Они убеждали нас, что их внуки просто идеальные, воспитываются как положено и плохому их никто не учит. А почему дети так повели себя в отношении пожилого соседа и птиц, непонятно. «Может, городская среда виновата?» – предположили они. Бабушка и дедушка попросили прощения за внуков и пообещали, что с ними будет проведена беседа.

Вот такая история. И пока я ее излагала, стуча по клавишам, пришла к выводу, что не могу, завершая ее, назвать конфликт исчерпанным. А надо для этого немного – чтобы дети САМИ попросили прощения у пожилого сельчанина. Это был бы очень красивый поступок.

А так… Обидеть пожилого человека и беззащитного птенца – много ума не надо. Конечно, у ребенка ум еще несозревший. И всё же: если задача аиста – научить аистенка летать и выживать в дикой природе, то задача человека – научить своего ребенка с малых лет заботиться о беззащитных и слабых, СОПЕРЕЖИВАТЬ, просить прощения у тех, в отношении кого был неправ. Это непросто. Но очень хочется верить, что у родителей тех мальчика и девочки это получится.