Дизайн в кино: фильм “Гладиатор”

“Гладиатор” — первый фильм в нашей подборке визуальных шедевров, который НЕ провалился в прокате и был высоко оценен критиками: на счету картины целых пять “Оскаров”, включая награду за лучшие костюмы. За лучшие декорации и художественное решение фильм тоже номинировали, но он проиграл чему-то вроде “Крадущегося тигра, затаившегося дракона”. Одновременно с этой объективно высокой оценкой и заслуженной славой у “Гладиатора” есть проблема: люди высоколобые и интеллектуальные презирают этот фильм. За успех, за “Оскары”. А еще — за огромное количество исторических ляпов, которые они там усмотрели и которые, конечно, и правда местами носят вопиющий характер. Моими любимыми являются транспаранты-перетяжки с именами любимых народом гладиаторов на римских улицах и напечатанные на бумаге программки грядущих боев, которые людям раздают в кафе. Ну как флаеры в наше время.

Отметив эти объективные нелепости и согласившись с тем, что они объективные и нелепые, я тем не менее сейчас пущусь в пространный панегирик именно материальной исторической достоверности “Гладиатора”. Да-да, при всех этих бумажных листовках кино это ценно прежде всего тем, насколько настоящий и убедительный Древний Рим получился у Ридли Скотта и его художественной команды.

Ридли Скотт — один из величайших режиссеров нашего времени, и имя он себе создал способностью показывать зрителю захватывающие, цельные, до дрожи достоверные миры. Часто — фантастические: будущее, как в “Бегущем по лезвию бритвы”, или космос, как в “Марсианине”, или космическое будущее, как в “Чужом” и “Прометее”. Именно Ридли Скотту принадлежит гениальная цитата-совет о том, как изображать будущее в кино: “Все как в реальности, но чуточку чересчур”. В случае с “Гладиатором” этот принцип Скотт применил к прошлому. Не к реальной, естественно, истории Рима, а к такому воображаемому “Риму как месту действия”.

Тут много нюансов, поэтому разберемся по порядку.

Сначала — схематично сюжет. У императора Марка Аврелия были любимая дочь Луцилла, любимый генерал Максимус и нелюбимый сын Коммод. Император явно подумывал оставить трон генералу в обход родного отпрыска. Ревнивый юнец убил папу, а потом приказал убить и генерала вместе с женой и сыном. Семья погибла, генерал выжил, но оказался продан в рабство в качестве гладиатора. На арене он, профессиональный военный уровня “бог”, пробил себе путь наверх, попал в Рим на грандиозные гладиаторские бои, устроенные для развлечения взошедшего на престол отцеубийцы и тирана, и в конце концов оказался с молодым императором на одной арене. Там он триумфально отомстил убийце семьи и сам погиб.

Трон достался племяннику Коммода, сыну любимой императорской дочки Луциллы, — нам довольно прозрачно намекают, что отцом его был героический генерал Максимус, с которым у девицы был в юности роман. Рим, погрузившийся было в разврат и бездну, вышел из этой истории трагически обновленным.

Тем, кто в этом месте ржет и говорит про себя: “Гладиатор убил императора на арене — ага, щас”, сразу рекомендую открыть учебник истории и уточнить. Император Коммод обожал выходить с гладиаторами на арену и действительно погиб в схватке с одним из своих бойцов. Правда, на тренировке, не во время публичного боя, но на то оно и кино, чтобы “чуточку чересчур”.

У “Гладиатора” как у художественного произведения много источников. Во-первых, собственно античная трагедия — вся эта схема с очищающей мир гибелью героя именно оттуда. Известные исторические натяжки, в эту схему проникающие, — это уже из классицистической трагедии XVIII века, тогда сюжетов из римской истории был пруд пруди, и они были понелепее “Гладиатора” в разы. Лихость изложения и масштаб изображаемых событий — битв, процессий и торжественных заседаний сената — это уже отсылки к истории американского кино, в котором существовал отдельный жанр “кино о Древнем Риме” под названием “пеплум”. В жанре пеплума сняты такие признанные шедевры, как “Бен Гур” и “Спартак”, а также такой занудный треш, как “Клеопатра” и Quo Vadis. Ну и еще примерно тысяча картин большей или меньшей степени идиотизма и красоты: “Десять заповедей”, “Даки”, “Величайшая история, когда-либо рассказанная” (это про Христа и центуриона, если что), “Последний день Помпеи”. Несть им числа, этим пеплумам, но “Гладиатор”, нежно отдающий им всем дань уважения и цитирования, тем не менее стоит особняком именно по причине совершенно иного уровня проработанности матчасти.

Чудеса в этом фильме начинаются с первых кадров, когда мы видим уставшую римскую армию, воюющую в Германии, и уставшего императора в исполнении великого Ричарда Харриса. На императоре плащ цвета, называемого “римский пурпур”. Во всех (. ) предыдущих пеплумах этот цвет изображался красным. На самом деле “римский пурпур” — это фиолетовый. Так вот, Марк Аврелий у Ридли Скотта появляется в фиолетовом плаще.