Зарплаты главных врачей в Петербурге
Главные врачи медицинских учреждений Санкт-Петербурга отчитались о своих доходах за 2016 год. Средний доход руководителей учреждений, подведомственных районным администрациям, составил 2 292 000 рублей в год, т.е. 191 000 рублей в месяц. Здесь есть свои фавориты, которые легко преодолели среднюю планку, и повлияли на средний показатель, но в целом годовой доход руководителей ЛПУ уровня поликлиники, женской консультации, диспансера и т.д. колеблется на отметке 1,5 - 2 млн. рублей.
Начнем с 1-го места в самой емкой номинации "Поликлиники для взрослых". Главный врач Городской поликлиники № 51 Оксана Григорьевна Никитина традиционно улучшила свое финансовое положение, заработав за 2016 год 3 458 987 рублей ( 288 000 рублей в месяц), это на 1 млн рублей больше чем за 2015 год. Имущество (квартира, 2 авто) не изменилось. Симптоматично, что О.Г. Никитиной не помешали ни массовые претензии к качеству обслуживания, ни петиция за ее отставку, собравшая около 10 000 подписей, ни скандал с массовой пропажей амбулаторных карт больных.
Всего с 2013 года Оксана Григорьевна Никитина подняла свой доход почти на 3 млн рублей с 830 тысяч рублей, когда она пришла на место главного врача Городской поликлиники № 51. Ее личные показатели превышают не только средний доход главврачей поликлиник для взрослых Петербурга, но и доход некоторых глав районных администраций. Так, глава администрации Московского района В.Н. Ушаков, который формально является руководителем Никитиной, заработал в 2016 году 2 544 198 рублей.
В специальных номинациях, куда входят специализированные учреждения здравоохранения, верхняя планка доходов (при сохранении средней), гораздо выше.
Среди районных КВД самым заметным стал СПб БГУЗ «Кожно-венерологический диспансер № 10 Клиника дерматологии и венерологии» - его главный врач Владимир Орестович Гутка заработал 9 887 518 рублей.
При этом нельзя сказать, что КВД по умолчанию является "хлебным местом". К примеру, главный врач КВД № 3 - Абдурахманов-Павлов Владимир Леонидович заработал за год 998129. На его "балансе" имеется только квартира 50 кв. м, гараж, ВАЗ-2121, прицеп, правда есть мотоцикл BMW и снегоход Yamaha, в качестве экзотики.
Среди главный врачей женских консультаций отметим Кутуеву Флору Рафхатовну (Женская консультация № 22), она получила 7 619 230 рублей за 2016 год. У Флоры Рафхатовны имеется автомобиль Mersedes-Benz GLC 250 4M, участок 1490 кв м. и дом 231 кв. м..
Среди ПНД выделяется главный врач ГКУЗ «Психоневрологический диспансер» Бреслав Борис Эммануилович – 8 488 689 рублей. Согласно декларации он и его супруга владеют двумя квартирами общей площадью около 200 кв м.. Автотранспортных средств, земли не имеют.
Главный врач СПБ ГУЗ «Стоматологическая поликлиника №20» Голинский Юрий Георгиевич - победитель в номинации среди районных стоматологических поликлиник – 4 814 229 рублей.
Теперь обратимся к доходам главных врачей учреждений, подведомственных Комитету по здравоохранения Санкт-Петербурга. В основном это главврачи крупных больниц региона. Годовой доход здесь колеблется на уровне 2,5 - 4 млн рублей. Но есть и своя элита:
Главный врач Детской городской больницы № 2 Святой Марии Магдалины Микава Автандил Георгиевич – 20 751 999 рублей.
Главный врач Городского клинического онкологического диспансера Манихас Георгий Моисеевич – 16 818 649 рублей.
Главный врач Клинической инфекционной больницы им. Боткина Яковлев Алексей Авенирович – 11 944 044 рублей.
Главный врач Санкт-Петербургского научно-практического центра специальных видов помощи (онкология) Моисеенко Владимир Михайлович – 10 851 962 рублей.
Использованы данные о доходах государственных служащих и руководителей гос. учреждений за 2016 год с сайта администрации Санкт-Петербурга
А Вы жалуетесь, мол врачи мало получают.
Не все так плохо в медицине или приключения крановщика в больнице
Давеча третьего дня меня рубануло, качели то в жар то в холод температура то 38 то 40,7, вызвал скорую, опустим нюансы ибо это долго и не интересно, но фельдшерам на скорой отдельный земной поклон и моё почтение, сразу в палату, там самый цимес.
кровати говорят по 500К стоят. Кровать это прям само блаженство, два пульта управления, один простой регулировка ног и изголовья, второй уже и высоту кровати и изгиб поясницы и изголовье и ног, только что не хватает массаж и чтоб режим сна был и тебя как младенца качала. Матрац тоже специальный на нем просто лежишь от него тепло твоего тела тебя греет будто режим обогрева включён, антипролежневый эффект или как оно там, вобщем можно очень долго лежать на таком без вреда для тела.
Телевизор, там вроде и есть интернет и даже ютюбчик, но я чета не совсем понял как его там включить ибо он чета фигню всякую выдаёт, пришлось Samsung DeX+ подрубать и уже смотреть свой ютюб и вообще любой браузер с Блэк Джеком и музыкой)
Кислородный пост, кнопка вызова медсестры, кнопка индивидуального освещения над кроватью дабы не мешать другим, есть дублирующий это все пульт чтобы не тянуться на верх, розетки для зарядки всякого или просто чайник вскипятить. едем дальше.
Холодильник, не смотри что маленький он внутри большой, светлый и ппц какой тихий.
это надо было первой фотку ставить, ну да ладно, это на входе, раковина, шкаф для вещей, там правда вешалок нет, да и вещей тоже ибо и так их внизу заберут.
сральник-умывальник-душ это одно боольшое помещение, там тоже кнопками все утыкано. из палаты выходить нельзя ибо карантин все такое вот и все палаты с уборной в кнопках, нажал, тут же в течение 2х минут прибежит кто-нибудь и надо попу помыть помогут помыть если сам не в силах, надо воды, принесут воды, только что сказку на ночь не расскажут, а так всё что нужно чем-то помочь помогут. Лежу я тут и мне чета не очень стало, а мне ещё за кнопки никто ничего не объяснил, лежу дохну, заходит медбрат (да да и такие тут есть) смотрит на меня достал свой чудо прибор (гусары молчать!) измерил чего-то (потом как оказалось сатурацию им измеряют) ему там за маской самому чуть не поплохело убежал, прибежал подключил кислород напялил на меня и говорит до утра дыши не снимай утром проверю, я ещё чутка помучался покуда кислород действовать не начал, потом рубануло, утром прям как новый человек стал. Утром он говорит ещё бы чутка и в реанимацию поехали бы качать тебя, так что и тебе спасибо дорогой друг, жаль имени не узнал у них не у кого бейджеков нет и все ходят в этих костюмах аки космонавты на одно лицо, только что рост разный да формы у одного космонавта есть сиськи у другого нет, ну да шутки шутками а людям за их трудную работу и что они делают действительно поклон в ноги и моё почтение. За сим доклад закончил, всем не болеть и сходите сделайте от этой фигни прививку, у меня кончилась и неуспел сделать новую вот результат, думал реально не вывезу. Всех обнял, удачи пикабутяне!
Случаи из практики 133
— У меня провалы в памяти, - сразу же сообщила клиентка. - Случаются бессистемно - могут один раз в неделю, а могут хоть каждый день. Причем забываю только вещи, которые произошли недавно, основные воспоминания из детства или юности всегда остаются на месте, плюс не наблюдаются проблемы с разговорной речью, счетом и другими базовыми навыками.
— Ваши слова прозвучали так, будто вы их часто говорите, - задумчиво произнесла я, - Или вы врач по профессии?
— Я библиотекарь, причем в третьем поколении, - усмехнулась гостья. - Но вы правы - за последние полгода я раз пятнадцать общалась с различными специалистами и каждый раз приходилось пересказывать все сначала.
— Я так понимаю, раз уж вы добрались до психолога, то это значит, что вы проходили обследование у врачей, и они ничего не выявили.
— Расскажу все по порядку, - тяжело вздохнув, произнесла она. - Эта напасть свалилась на меня внезапно, около трех лет назад. Сразу отмечу, что не было никаких физических травм или моральных потрясений, вроде смерти кого-то из родственников. Просто я однажды проснулась и не смогла вспомнить что было вчера: ни с кем разговаривала, ни какие книги принимала, — вообще ничего. Будто у меня из жизни пропал целый день. Тогда я просто списала все на усталость, но, когда это повторилось несколько раз – стало по-настоящему страшно!
— И тогда вы отправились по врачам?
— Сначала терапевт, затем невролог, миллион анализов, два МРТ – результат нулевой. Затем перенаправление к другому специалисту, снова куча анализов и разведенные руки дамы в белом халате. Мол, все в порядке – может быть у вас нарушения сна? Ок, идем по указанному адресу и снова все начинается сначала – в итоге выяснилось, что я сплю крепко и пока не разбудят. После консультации у второго невролога стало окончательно понятно, что это не деменция или какой-то из распространенных диагнозов.
— Как долго вас исследовали?
— Последние пару лет.
— И как изменилось ваше состояние за этот срок? Стало хуже?
— Да вроде нет. Оно то нахлынет, то исчезнет – нет никакой системы. Я специально записываю каждый случай.
— Похвальный подход, - кивнула я. – Что случилось после того, как вы поняли, что это не что-то из неврологии?
— Меня отправили на осмотр к психиатру, - презрительно ответила Елена. – Я так понимаю – это стандартный ход, когда не знаешь в чем проблема. Впрочем, я уже так отчаялась что была готова сама пойти в комнату с мягкими стенками.
— Вряд ли вас в нее посадили бы. Психиатрия не так страшна, как ее малюют.
— У меня был шанс убедиться в этом, - хмыкнула она. – Они даже целый консилиум собрали чтобы понять, как меня исследовать. Чего только они не предположили: и полдесятка неврозов, и шизофрению в ранней стадии, и диссоциативное расстройство. Короче, они пришли к мнению что меня нужно понаблюдать в стационаре – я сразу же собрала вещи и вперед, в палату.
— И как все прошло?
— А никак - за те три недели что я там пробыла – ничего не изменилось, - понуро произнесла Елена. – В целом, там было весьма неплохо: нормальное питание, отсутствие психов, бегающих голышом и желающих твоей смерти и всего такого. Пару раз случались провалы в памяти, но врачи так ничего и не диагностировали. Попила таблеточки, но это ничего не дало и меня отпустили на все четыре стороны, предложив обратиться в институт к парочке ученых, чтобы они меня проверили. Ну а пока посоветовали научиться жить со своим недугом.
— Особенно для одинокой измученной женщины, оставшейся безо всякой надежды выкарабкаться. Собственно, после этого я начала все чаще прикладываться к бутылке. Правда от этого стало ничуть не лучше: меня едва не вытурили с работы, родители перестали узнавать, но что еще хуже – количество пропущенных дней возросло вдвое. Пятого числа я проснулась утром с ужасной головной болью и поняла, что не помню ничего за последние семь дней! Вообще ничего!
— Тем вечером неожиданно пришла Света, моя напарница и предложила какое-то время пожить вместе – сказала, что ей не хочется видеть, как я себя убиваю. Забавно, ведь мы с ней не особо-то и дружили – а оно вон как оказалось. Короче, я проплакала у нее на груди, высказала все что накопилось и попросила о помощи. Ну она и предложила сходить к специалисту, который помог ее брату преодолеть тяжелый период после развода. Вот, собственно говоря, так я и попала сюда - как думаете, мне есть на что надеяться?
Врач из Петербурга посвятил свою жизнь помощи бездомным
Внимание и забота нужны каждому: врач-инфекционист Анатолий Курковский уже более 20 лет помогает бездомным — не только лечит их, но и кормит, и поддерживает добрыми словами🙏
Про больницу
На днях выписалась из больницы, лежала в хирургии, операция была на пузе, хочу поделиться мнением.
Начну со скорой, позвонила в 11 утра, диспетчер меня "обрадовала", что ещё вчерашние вызовы не сделаны, так что придётся очень подождать. Штош, деваться некуда, жду. В 12.30 звонок в домофон, сюрприз, скорая приехала. Осмотрели, пощупали, сняли ЭКГ, начали звонить узнавать маршрут. Когда врач объявила мне, что повезут в больницу на севере СПб, известную горожанам как "истребительная", наверное, я непроизвольно округлила глаза, после чего врач стала меня успокаивать, говоря, что с моим диагнозом ещё не всё ясно и может быть потом меня переправят в другую больницу. Поехали.
В этой больнице я была когда-то много лет назад, тоже по скорой, запомнились мне обшарпанные стены приёмного отделения, хамство медиков, и блюющие бомжи на каталках. Сейчас я приёмник даже не узнала, ремонт, чистота, вежливость, быстрая сортировка пациентов. У меня взяли несколько пробирок крови, сделали УЗИ и рентген лёгких, отправили диск с КТ на перепроверку к своим специалистам. Да, долго, я пробыла в приёмном 4 часа, но так всегда.
В 18.00 я была в отделении, опять же порадовалась свежему ремонту, чистому постельному белью и доброжелательным медсёстрам. Потом пришёл доктор с каким-то необыкновенным голосом и манерой говорить, посмотрел, пощупал, сказал, чтобы не пила воду, скоро повезут на операцию.
В 19.00 я была в операционной. Пришёл анестезиолог. Меня никогда за всю жизнь так тщательно не опрашивали перед операцией, я рассказала о проблеме с тошнотой и рвотой после наркоза, мне клятвенно пообещали, что сегодня таких проблем точно не будет. "Потом расскажете, что вам приснилось", - сказал доктор. "Я обычно ничего не вижу под наркозом, заснула и проснулась, на этом всё", - ответила я.
Мне снилось, что я читаю Пикабу, это было уже после окончания операции, меня не стали сразу будить, а оставили лежать некоторое время, помню, что двигала пальцем, на котором был надет пульсоксиметр, по моим ощущениям это была кнопка "вниз". Когда анестезиолог спросил про мои сновидения, я сказала ему про Пикабу, он даже не спросил что это, а неожиданно весело засмеялся, наверное, наш человек:)
Потом потекли обычные дни в больнице. Я не переставала удивляться профессионализму и доброжелательности врачей, медсестёр и санитарок. Отделение хирургическое, абдоминальное, много больных с колостомами (кишка выведена на живот), после операции пациенты в памперсах, остатки содержимого кишечника выходят сами собой, бельё пачкается, ни разу я не слышала грубого слова от санитарок, придут, переоденут, перестелят, при этом подбадривают больных, все же люди взрослые, а тут стыдно лежать, как младенец в говне, пока тебя переодевают. Медсёстры и медбратья (кстати, удивило количество парней в отделении) моментально реагируют на вызов кнопкой из палаты, без всякого ворчания и недовольства днём и ночью сразу прибегали, делали укол обезболивающего.
Врачи каждый день обходят палаты, делают перевязки, терпеливо отвечают на вопросы, а их бывает много у пациентов после операции, никто не отмахивается, как от надоевшей мухи.
Еда вполне приличная, запечённое куриное суфле и пюрешка с гуляшом так вообще топчик:) Вчера видела пост про якобы пюре в детской больнице в каком-то городе, ну это жесть просто, нельзя так.
Из забавного. На следующий день после моей операции, пятница была помню, вдруг в палату пришли две женщины в платках и длинных юбках, представились работницами храма при больнице. А у нас в палате бабулька лежала неконтактная, одинокая, она периодически начинала кричать, протяжно так, раз в минуту примерно. Тётки пришли как раз в момент бабулькиных криков. Подходят они к койке бабули и тётка постарше говорит как бы всем нам :"Кричит, значит страдает. А не страдала бы и не кричала." Кличко одобряет. Тётки начали петь молитвы возле бабульки, пытаясь перекричать её. Я представляю, если бы бабулька вдруг очнулась и увидела всё это, подумала бы, что всё, капец, отпевают:)
Кто-то может спросить, а почему, собственно говоря, меня так удивляет нормальное отношение к пациентам в больнице? Да потому что опыт у меня всякий от разных больниц СПб, за последние несколько лет это была 6 операция. У меня есть пост про одну больницу, после пребывания в которой я писала жалобу в горздрав, безуспешно, там отмахались, мол, ничего не знаем, у нас она не жаловалась, всё было нормально, поверили им, а не мне и моим документам о повторной операции. Ну и опять же, повторюсь, про больницу из данного поста я написала именно потому, что в городе она известна под названием "истребительная", а тут такой контраст. Я ведь на всю происходящее смотрела глазами не только пациента, но и медсестры, захотелось защитить медиков, которые отлично выполняют свою работу, причём больница не ковидная, поэтому надбавок они не получают, работают за небольшие деньги и на совесть, спасибо им за это.
От смертельного бария после рентгена желудка люди гибли еще в декабре. Но на это никто не обратил внимание
Дочь погибшей пациентки ГКДЦ №1 на Сикейроса рассказала о декабрьских случаях отравления барием.
В Петербурге продолжают разбираться в смерти пациентов, принявших сульфат бария в Городском консультативно-диагностическом центре (ГКДЦ) №1 на улице Сикейроса в Петербурге. Первые смерти пациентов произошли в декабре прошлого года. Однако тогда гибель людей не связали воедино. И только после трех новых трагических случаев стали проверять, что было раньше? "КП" нашла родственников людей, погибших еще в декабре. В числе них оказалась 66-летняя пенсионерка Татьяна. Ее дочь Виктория рассказала, как добивалась того, чтобы смерть мамы расследовали.
- Изначально я вообще никак не связывала смерть мамы с этой процедурой. Во-первых, процесс рентгена довольно стандартный. Во-вторых, врачи особо не реагировали – стало плохо, сказали, что надо отлежаться, через какое-то время пройдет. И таким образом они отправляли домой в декабре многих людей, - говорит Виктория.
Как рассказывает дочь погибшей пациентки, ее мама вызвала «скорую» вечером, потому что ее беспрерывно тошнило (то же самое было с другими пострадавшими и скончавшимися пациентами, – прим.Ред.).
- Вечером у мамы начал выходить этот барий, постоянная тошнота, белая жидкость густая. Врачи же подумали, что у нее что-то с сердцем. Потому что ей стало откровенно плохо, началось учащенное сердцебиение. Ей сделали несколько кардиограмм с разницей в 15 минут. Вкололи два препарата, амиодарон и аспаркам, они для сердечного ритма. После этого медики уехали, в 21:16. А в 21:28 мама перестала выходить на связь, - вспоминает Виктория.
Прошло более месяца, дочь узнала из СМИ про массовые отравления после посещения диагностического центра. У женщины закрались подозрения. Она позвонила ГКДЦ №1 и там подтвердили, что Татьяна Андреева действительно прошла процедуру.
- Я написала заявление в СКР, пожаловавшись на скорую помощь. Хотя маме и поставили заключение о смерти «кардиомиопатия неизвестного происхождения». Но ведь помимо того, что пациентов травили этим барием, ни одна скорая им не помогла, – объясняет Виктория. – То есть, медики совершили еще огромное количество действий, которые привели к гибели этих людей. Я уверена в том, что мама говорила скорой, что пила сульфат бария, ведь ее им же и тошнило. При любом отравлении самое важное – очистить организм, у мамы была страшная интоксикация. А медики занимались тем, что восстанавливали сердце.
Одним из самых тяжелых ударов после смерти матери для Виктории стало то, что в какой-то момент пенсионерку «воскресили» медики с центра на Сикейроса. Хотя женщина заранее звонила туда по горячей линии и уведомила о трагедии.
- Я сразу же сообщила, что мама мертва, чтобы они себе это отметили для статистики. Но я не знаю, как там организована работа, потому что спустя неделю, 3 февраля, мне позвонили из клиники на мамин телефон и спросили: «Татьяна Михайловна, как вы себя чувствуете?». Я, разумеется, не стала это слушать и послала их. Они даже не в состоянии вести списки погибших, вот такой вот уровень работы, - плачет Виктория.
2 февраля женщину наконец-то вызвал на допрос следователь. С этого дня СК завел дело по декабрьским случаям смерти. По данным источника «КП-Петербург», производство по уголовному делу будет одно, охватывающее все случаи летальных исходов. Виктория нашла родных еще двух декабрьских погибших пациентов. Все они пили тот же барий. Следствие обещает не упустить из виду ни одного человека, прошедшего рентген желудка на Сикейроса в декабре. Из клиники уже изъяли все важные документы и оборудование.