Гималаи. Добрый пастырь Вовка Котляр. Часть 1.

«Я есмь пастырь добрый: пастырь добрый полагает жизнь свою за овец» (Ин. 10:11–16 ) «Ради возможности пойти на Эверест, я согласился бы на любую работу, начиная с судомойки и заканчивая погонщиком йети» © Тенцинг Норгей

Из интервью с В.Котляром - – …не знаю, как это началось… Наверное, с детства, как собственно всё и у всех… С детства хотелось путешествовать, хотелось иметь какую-то профессию, которая бы позволяла увидеть мир… Чтобы не была рутинной для меня… И в этом я ориентировался больше на приключенческие книжки. Хотелось, чтобы я был как один из героев Джека Лондона, например. Очень нравилась «Одиссея Капитана Блада». Я даже жалел, что родился не в то время… Нам всем в детстве кажется, что мы родились не там и не тогда… На самом деле это, конечно, только иллюзия… Мы там, где мы должны быть, куда нас назначили.

Ещё, я думаю, на меня повлиял мой родной отец… Хотя я его знал только до четырёх лет… Он потом погиб в автокатастрофе… Мама про него рассказывала, он был ужасный домосед. Но я про него помню другое. Он мне перед сном сказки-выдумки рассказывал. Не из книжки… Он рассказывал якобы про себя, про свои путешествия, где он идёт на корабле под парусом… или живёт на тропических островах… или пересекает океан… Видимо, он был романтик.

– Он какого года? – Сейчас, наверное, даже не скажу… Когда он погиб, было ему за 50, а мне 4. Было это в 92-м… – Значит… приблизительно 42-го? – Да. Примерно так. Он мою маму на пятнадцать лет старше. Маме в этом году будет 64. В общем, я не знаю про молодость отца… С этим мне не повезло… И родственников никого не осталось по его линии… Некому просветить меня в этом отношении. Я помню только эти истории-сказки. Только это у меня отложилось в памяти… Но это же не мало?! Идея…

…идея гималайского трекинга к базовому лагерю Эвереста родилась в наших головах на Килиманджаро, когда мы с Юлианой Морозовой в Хоромбо (базовый лагерь Килиманджаро на 3720) повстречали только что спустившихся с Горы и от этого счастливых русских девчонок. Они-то нам и прожужжали все уши о прелести прогулки по Гималаям.

– Легче, чем Килиманджаро? – проникновенно заглядывая им в глаза, вопрошали мы. – Ой… да куда легче! – И чем Эльбрус? – Конечно! А мы и повелись. Действительно… И высота вроде бы не большая, всего-то 5350 метров, и подъём равномерный, аж целую неделю идти, и шерпы-портеры, и относительно комфортные лоджи, не чета килиманджарским скворечникам. Гуляй – не хочу!

Идея родилась в конце февраля 16-го, у меня и Юлианы, а реализовывать ее я стал в сентябре, но уже с Галиной Рязановой.

С Галей я познакомился в мае 2015 года. Она одна из тех, кого мой замечательный херр майор, Игорь Котенков – «Кот», затащил на Эльбрус. Правда её восхождение завершилось не в столь мажорных тонах, как у меня, на спуске у нее прихватило колени, и Игорь был вынужден страховать её почти всю обратную дорогу. С досады она даже свои альпинистские ботинки под «кошки» продала, решив – гор с неё хватит!

После Килиманджаро я ей прислал отчёт, и Галя возгорелась желанием съездить куда-нибудь в горы с нами: со мной и Юлианой. Так и получилось. Вот, только поехали мы уже с ней вдвоём. Жизнь, она богаче планов…

Билеты на лоукостер Air Arabia до Катманду мы выкупили ещё в конце сентября. В начале октября оплатили первоначальный взнос в Клубе «7 Вершин» и определились с датами трекинга: 9–22 апреля.

Почему «7 Вершин»? А с кем? Может кто-то есть и дешевле (хотя куда уже, весь трекинг за 1000 долларов), но надёжнее точно нет. С «Вершинами» мы с Юлианой поднялись на Килиманджаро и в целом, не считая некоторых накладок с прилётом и жильём, остались довольны.

Почему 9–22 апреля? Исходные даты были тоже апрельские – сезон восхождений на Гималаях апрель–май, позже, в конце мая – начале июня, на регион обрушивается муссон со своими кошмарными ливнями и снегопадами. А конкретные даты выбирала Галина, ей крайне важно было вернуться в Москву за неделю до конца месяца, на работе её ждала ежемесячная отчётность. Диспетчерская служба…

От сентября до апреля – полгода и целая зима. И я тренировался с грузами. Насмотрелся фильма «Everest», снятого каналом «Дискавери» в 2006 году, где один участник восхождения, астматик-датчанин тренировался перед Эверестом, перенося 60 килограммов на 10 километров. Бак с водой он носил. Нет-нет, на Эверест я не собирался. Я подумывал про Аконкагуа, а там дорогие портеры, и сама поездка-то уже недёшева. И я носил 20 килограммов в рюкзаке на расстояние в 10 километров. «На кладбище с блинами», – говорил я друзьям. Ходил вдоль трассы до городского кладбища и обратно. А «блины»… это железные насадки для штанги. И… дотренировался.

Дотренировался до того, что после Нового года уже не мог полноценно владеть правой рукой. Грузы таскать я перестал, заменив тренировки томографией, физиопроцедурами и уколами…

И ведь носил же без проблем 10 кг на 10 км… но нет! Нужно обязательно себя угробить. «Лучшее - враг хорошего!», в который раз убеждаюсь. К апрелю я подошёл совсем «готовый» к восхождениям: с больной рукой, больной ногой (остатки июльского Эльбруса 2016) и в жуткой депрессии… А то, как же? «Скафандр», зараза, подмигивая разноцветными лампочками, пытался саботировать поездку, сколько бы я его не рихтовал и мотивировал…

Но деньги заплачены, билеты куплены, Рязанова даже трекинговые ботинки уже купила, деваться некуда! Назвался груздём. А то есть люди…