БПВ, круг 5: "Там, где бессмертные живут"

Уезжаю до ночера понедельника, поэтому выкладываю не в условленное время (16:00 воскресенья, если что).

Головопушка для этого фика (кенотафы и перья в них) частично позаимствована с "Ксеноверса". Там была несколько иная, но красивая и грустная сцена. И, само собой, сейчас это мощнейший неканон. Впрочем, "канон" для меня давно остановился на серии перед MMC.

974 слова. Взятые модификаторы:

- Там где жили бессмертные;

- Путешествие во времени.

Картинка взята с обложки Moonrise. Вот идеально подходящая песня оттуда, Lunar March.

Холодный ветер упруго ударил в хвост и Сталварт Шилд чуть шире расправил кожистые крылья, благодаря ночь за возможность лететь быстрее.

Лететь… Под ним с бешеной скоростью проносилась спящая страна, но Шилд не видел её.

— Сожалеем, миссис Стинг, но ваш сын никогда не сможет летать. Врождённая ломкость маховых перьев… Неизлечимо…

— Земняк! Земняк! Врежь ему, Скай, он всё равно не допрыгнет чтоб ответить!

— Я не знаю, малыш. Чем ты хочешь заниматься?

— Быть солдатом! Защищать тех кому плохо!

— Сынок, Гвардия тебе не светит…

— Ты бесполезен, уродец! Проваливай!

Остальные Стражи его батальона уже заняли свои позиции. В их идеальном полусферическом строю была издали заметна прореха. Хотя нет, вовсе не прореха.

Мощным взмахом Сталварт послал себя вниз. Прямо как тогда, с обрыва над их деревней.

— Принцесса!? Я… Зачем вы… Это же вы поймали меня?

— Ответь на три моих вопроса. Потом, если захочешь, ты сможешь продолжить своё последнее падение.

— Это полёт! Хоть бы и последний!

— О? Ты уже ответил на первый, незаданный. Но второй ты услышать обязан. Сталварт Шилд! Хочешь ли ты лететь в ночи?

Заняв позицию в боевом построении Ночной Стражи, он снова ощутил то, ради чего до сих пор просыпался по вечерам. Единение. Братство. Силу.

Конечно же он согласился тогда и, после кратких но ёмких объяснений, на третий вопрос просто и уверенно ответил «Да».

В ту ночь он всё-таки умер.

В ту ночь он родился.

Под умелыми взмахами рога Госпожи Ночи он стал таким же как его новые братья и сёстры.

— Эй, ты новенький? Ох, да у нас пополнение! Слышите? Мямля, Ухарь, а ну тащите винишко! Я знаю что у вас припрятано и если немедленно не принесёте сами, я его найду и по наряду схватите! Не робей, малой, я сержант Грей Эгис и задери меня мантикора, если мы сейчас не отпразднуем твой приход!

— Выше гасту! Во-от, чуть выше глаз держи. Так минотавр не сможет легко подойти на расстояние удара. Но помни…

— Что ж, завтра твоя присяга м… Принцессе! Слова не забыл? Ха, шутка. Не дрейфь, боец.

— У-ух… Что мы вчера пили и почему у тебя нагрудник так выглядит, будто в нём по камням ездили?

Госпожа Ночи, сверкая синими всполохами гнева, говорила перед замершим в воздухе строем.

Она говорила о прошлых приграничных битвах, в которых они все защищали страну. От минотавров, грифонов и даже карибу — эта война закончилась совсем недавно.

Она говорила о пролитой крови — своей и чужой. О сотнях оставшихся там, на границах, навсегда, зачастую просто торопливо уложенных в яму под плоский камень — не было времени на сантименты.

Она говорила о ненависти. Сталварт и здесь про себя соглашался с ней — не раз приходилось видеть как пони бегут от него и его братьев в страхе, едва завидев. Не раз чуткие уши фестрала ловили шепотки «Убийца». Не раз непонятно на что рассчитывающие сельские увальни думали, что смогут толпой взять одинокого ветерана.

Она говорила о справедливости. Нежелающие слышать — услышат, если встать достаточно высоко и не давать оппоненту говорить, пока не изложишь свою правду.

Она говорила, что пришло время заставить всех выслушать их.

И она повела их на столицу.

— Восстань с колен, рядовой Сталварт Шилд! Я услышала и приняла твою клятву верности! И в ответ я клянусь быть верной всем вам, мои Стражи Ночи…

— Глупцы! Грифоны смеют бросить вызов Эквестрии! Они смеют бросить вызов нам! Научим их бояться ночи!

— НАУЧИМ ИХ БОЯТЬСЯ НАС!

— Сегодня мы скорбим о павших, Ночная Стража. Но завтра мы возьмём с них вдесятеро!

— Война окончена. Мы возвращаемся домой, чтобы наконец-то жить спокойно, мои храбрые воины!

«Глупо подставился», — думал Шилд, падая вниз. Туда, где уже лежали тела. Фестрал с гордостью оскалил клыки, отмечая что белых с золотом раз в пять больше чем серых в синем. О том чтобы пережить падение не могло быть и речи, с оторванным крылом он мог только падать. Впрочем… По-кошачьи дёрнувшись всем телом, он крепко вцепился в пролетавшего рядом невезучего дневного гвардейца и поволок его с собой. Белый пегас в панике суетливо дёргался и пытался бить Стража прикреплёнными к крыльям лезвиями, но тот только смеялся, получая очень болезненные, кровавые, но относительно неопасные разрезы.

«Ну да. Крестьянский бунт такое оружие разогнало бы вмиг, хе-хе».

Удар о землю был страшным. В последний миг успев подмять врага под себя, Сталварт всё же смягчил падение. Жуткий хруст в позвоночнике и невозможность пошевелиться, впрочем, ясно дали понять о кратковременности полученной отсрочки. Фестрал лежал на булыжной мостовой, рассматривая своё единственное, вывернутое вперёд и прорванное костями крыло. Лежал, ощущая как вместе с кровью из десятков ран вытекает жизнь.

«Что ж. По крайней мере мне не больно.»

Как вместе с жизнью из него вытекает и магия его госпожи.

«А вот и темнота в глазах. Словно Госпожа обнимает. Тепло…»

Крыло в его сужающемся поле зрения вдруг слабо дёрнулось и сквозь туман истаивающей магии Ночной Принцессы на серой коже начали проступать его старые, рыжие перья.

«Нет… Нет. Пожалуйста! Я уже отдал свою смерть, я уже почти отдал свою жизнь, пожалуйста, не забирайте её, не забирайте из меня мою богиню, не надо, пожалуйста, ма…»

Ряды и ряды гранёных каменных столбиков усеивали огромный зал в глубине Замка Двух Сестёр. Стоящая почти посреди зала Принцесса Ночи отняла от рога рыжее, ветхое перо и вернула его в пустующий держатель на одном из них. Стиснув зубы, она очень медленно и аккуратно пошла к следующему — меньше всего ей хотелось вслепую врезаться в один из обелисков. Путь за ней отмечала тоненькая, прерывистая полоска влаги на каменном полу. Потихоньку высыхая, она оставляла разводы соли и лунной пыли, змеясь в сторону единственного входа в зал.

Стоящая у двери Принцесса Дня беспомощно смотрела на бродящую словно призрак сестру, надеясь что сможет достучаться до неё и забрать домой раньше чем та снова рухнет в беспамятстве, истощив всю магию.

Но как начать спор с ней в этом месте? Как вообще можно о чём-то говорить здесь, где бессмертные воспоминания словно живы?

Луна сняла очередное перо с памятника.

— Грей Эгис. Х-х… Х-хочешь ли ты лететь в ночи.

Перо нежно прикоснулось к рогу и Луна закрыла глаза, путешествуя по течению воспоминаний одного из многих детей ночи.

2.4K постов 1.2K подписчика

1. Все основные правила сообщества полностью идентичны общим правилам ресурса.

2. Не забывайте ставить соответствующие теги:

2.2 Также желательно ознакомиться с правилами присвоения тегов в основном сообществе.

3. Сообщество ориентированно на оригинальный контент, так что воздержитесь от репостинга.

4. Воздержитесь от грубости и провокаций.

Класс, но надо как-то готовить людей) Я опять, до последнего, ждал Хеппи-энд. Но хоть следующий рассказ будет в твоей старой манере?))

Сильно, интересно...почему у тебя нагрудник так выглядит, будто в нём по камням ездили? -это отсылка к одной из прошлых виньеток, про ночных стражей?

Чёрт. видимо в этот раз я тоже пролетаю. Или напишу позже других.

ладно, я понял, надо идти и доделывать фанфик. по 1000 слов за три недели. да я писатель прям)

Луна ходит и упивается воспоминаниями, как ее воины крошили Солнечную гвардию. Селестии стоило бы поговорить с ней по душам, на всякий случай.

Усталость металла.

МНТИ не остановить, когда графоман поехавший! Так что нате вам от @Yupiter, по заказу @dipmerk, а то чо вы тут грустные (да, @cTpanoHu, я тычу в тебя пальцем. Тем самым пальцем).

Многие благородные лорды и леди Кантерлота одновременно восхищаются и возмущаются одной странной привычкой своей дневной правительницы. Уже сотни лет каждый день, ровно в пять часов вечера она бросает все свои занятия (порой на полуслове!) и, вежливо улыбнувшись, молча покидает тронную залу. Пройдя в раззолоченую дверцу, скрытую за пурпурными занавесями у самого трона, она уходит вглубь ярко освещённой комнатки и запирается на два замка. Стражники, отойдя от трона и заняв новый пост у таинственной двери, никогда не слышат что происходит внутри в течение перерыва. Если, конечно, не врут. Но о чём они рассказывать могут и любят, так это об обстановке небольшого, но очень уютного помещения.

Стены там задрапированыны старыми, поблёкшими от древности гобеленами, исполненными в тёплых тонах, с пасторальными сценами жизни простых пони до Объединения. Мебель составляют лишь крепкий, тёмный-претёмный деревянный стол посреди жёлтого шершавого паркета, да несколько крупных набивных кресел-подушек. Чуть в стороне стоит шест с перекладиной для Филомены, а рядом, почему-то, большой горшок с вечно цветущей петунией. На столе неизменно исходит вкусным паром заварочный чайник, а вот чашек рядом не видно. С недавних пор внутри обычно уже ожидает свежепроснувшаяся и отчаянно зевающая принцесса Луна, но иногда она телепортируется туда после прихода сестры.

«В конце концов», — говорят стражники — «Как ещё можно выходить из комнаты, если сперва в неё не входить? Магия! Это всегда всё объясняет!».

Да, в стражу обычно идут стоики, а не мыслители. Но куда-то же им надо идти?

В этот четверг всё было как всегда. Часы на башне Кантерлотского Университета отбили пять пополудни и принцесса Селестия, как раз закончившая аудиенцию с мороженщиком-монополистом, лордом Коуном из Сноу, поднялась и начала обходить трон по часовой стрелке.

— Снизить цены на радость конкурентам? Но принцесса… Я даже не знаю…

«Ты никогда ничего не знаешь», — подумала про себя Селестия, но отвечать не стала. Она и так прекрасно понимала, что лорд последует её совету. В конце концов зима близко, продажи мороженого так и так упадут.

Привычно провернув ключи в замках, Селестия на пробу толкнула дверь крупом и когда та ожидаемо не подалась, радостно поцокала к любимому плюшевому креслу-подушке вишнёвого цвета. Напротив, в таком же но вельветовом и синем, уже сидела Луна.

— Как день прошёл? — спросила она, сосредоточенно сгущая магию. На столе появились две светящихся голубым чашки.

— Нич-чего интересного. Торговые соглашения по поставкам разрыхлителя. Посол из Тауроса опять просит забрать того свалившегося с неба недоминотавра. Дворяне опять дурака валяют… День другой, а двор всё тот же.

Зеленоватые глаза ночной принцессы слегка расфокусировались, пока она тщательно просматривала свою память.

— Недоминотавр… Я видела его сны. Можно и забрать, но себе оставлять не стоит, проблем будет по уши. Отправим его на север, к племяшке. У них там как раз с демографией беда, этот живо поправит положение.

— Посмотрим, посмотрим. Мысль интересная. Эх, надо было хоть именем поинтересоваться, а то неловко даже. Ладно, пока в записи внесу как «Аноним».

— Кстати о планах. Что у нас на сегодня?

— Торт. Привозной, из Седельной Аравии, с рахат-лукумом и мёдом пустынных пчёл.

Селестия направилась к холодильничку, упрятанному в стену рядом с сейфом. Луна задумчиво протянула:

— Интересно, откуда в пустыне пчёлы?

Селестия только пожала крыльями.

— Может кактусовым цветом питаются?

— Пчёлы плакали, кололись, — неожиданно развеселилась синяя аликорн — Но торт, наверное, и правда исключительный. Сколько там этих цветов на всю пустыню? Пока мёду достаточно насобираешь… Дорогущий, наверное.

— Это подарок, — беззаботно махнула копытом Селестия. Золото накопытника блеснуло, бросив отсвет на потолок. Вентиляционная решётка, по которой прокатился яркий зайчик, внезапно провернулась на петлях и на стол рухнул большой коричневый филин.

— Майти Морфин!? — переменилась в лице принцесса дня — Что-то случилось с Твайлайт!?

В её воображении с невообразимой скоростью пролистывались возможные сценарии, один другого хуже. Чтобы её лучший агент вот так просто ворвался в святая святых? Должно было произойти что-то поистине невероятное.

Филин глубоко и часто дышал — немалый путь от Понивилля он, похоже, проделал очень быстро. Наконец, после ещё пары судорожных вздохов, он спрыгнул вниз и приземлился уже в виде бежевого единорога с меткой в виде зазубренной молнией в круге.

Приземлился он жёстко и болезненно, прямо на живот. После чего тут же приложился лбом о ножку стола и простонал:

— Всё с ней в порядке. Принцесса, я больше не могу. Не могу спасать её! Знаете что она сегодня сделала? Знаете?

— Я почувствовала слабый отголосок Бездны там, у вас. Но из Бездны к нам ничего не вылезло, иначе я бы немедленно телепортировалась к разлому.

— Принцесса… Я озвучу вам всего три слова из того заклинания, что Твайлайт сегодня сотворила. Всего три. ТУМБЛР! НСФВ! ДИГГЕРСТР… — последнее слово агент под прикрытием «Совелий» произнести не успел из-за стянувших челюсти синих уз магии.

— Молчи! — и без того большеглазая принцесса Луна сейчас округлила глаза так, что казалось они сейчас выпадут. Зрачки, напротив, сузились в крошечные чёрные точки — Да как она… Да откуда у неё…

Агент со всё ещё зажатым ртом горестно бумкнулся головой об стол ещё два раза. Путы исчезли и он, открыв рот, начал набирать воздух для длинной речи.

— Похоже, стащила книгу из Запретной секции архивов в прошлый визит, — холодно проговорила Селестия. Сейчас она была больше похожа не на величественного правителя, а на крайне разочарованную учительницу.

— Ваши высочества! Я успел заглянуть в портал и оттолкнуть от него Твайлайт, когда она хотела туда войти! Чего я не успел, так это увернуться самому, когда на секунду показавшиеся щупальца схватили меня! О, эта слизь! Эти присоски! Эти чёрные глаза-бусинки в основании щупалец! Или это икра чудовища? И куда ж он её… Неважно! Ваши высочества, я больше не могу. Просто не могу. Вырваться удалось чудом, истинным чудом, Фауст мне в свидетели! Вы представляете, что было бы, если бы я так и остался там, в объятиях склизкого щупальцемонстра!? — Майти явно был близок к истерике. Селестия успокаивающе приобняла его крылом, одновременно перекрывая ему обзор на ярко-красную Луну, очень смущённо бурчащую себе под нос что-то вроде «Я-то представляю? Однажды я…»

— Подаю в отставку. Ухожу из ЭСБ. Не могу, не могу, не могу больше! Ладно бы единичные случаи, но стабильно ж раз в неделю, в течение года…

— Ш-ш-ш. Всё хорошо. Сейчас попьём чаю, съедим по куску тортика, а потом полетишь обратно.

— Не обратно! Нет-нет-нет, только не обратно! — Агент Совелий даже в таком состоянии сохранил часть своего острого ума, которая сейчас хладнокровно просчитывала варианты. План спасения уже сложился.

— Ну-ну-ну, успокойся, мой маленький храбрый по-ОЙ! — вякнула принцесса дня, когда единорог вдруг мягко, но сильно оттолкнулся от её бока всеми четырьмя копытами, отлетая в сторону сейфов. Рог на его голове засветился и дверца холодильника прямо перед столкновением ушла в сторону.

Секунд пять Селестия и Луна ошарашенно смотрели как Майти уписывает торт. К сожалению, этого времени хватило на то, чтобы большая часть лакомства бесследно исчезла в желудке привычного к ускоренному приему пищи агента.

— А ну иди сюда! — грозно крикнула принцесса дня и магией дёрнула его к себе.

Пролетая мимо стола, агент успел схватить заварочник и в три глотка опустошил его, после чего отбросил чайник в сторону и приложил крышку между ушей.

— Миледи! — поприветствовал он Селестию, подъехав к ней на спине и приподняв над головой крышку-шляпу — Вы сегодня просто очаровательны!

Окончательно зарвавшегося агента от смачного подзатыльника спасла львиная лапа, схватившая его за шкирку и утащившая туда же, откуда и взялась — в никуда. Спустя десяток минут она же вернула его уже успокоившимся принцессам, напоследок одобрительно похлопав по плечу. Призрачный голос, давясь от смеха, произнёс «Экспромт что надо, поздравляю!» и растворился в нехорошей, давящей тишине. Принцессы, нахмурившись, смотрели на Майти.

«А ведь мне всего год до пенсии», — всплыло у него в голове.

Наконец Селестия, несколько раз собиравшаяся что-то сказать, но замолкавшая, всё же заговорила.

— Лейтенант Эквестрийской Службы Безопасности Майти Морфин. Мы понимаем, что ваши действия обусловлены сильнейшим стрессом, но не можем оставить свершённое как есть. Мы также отказываем вам в отставке, — агент закрыл глаза и пожалел что так и не приобрёл привычку курить — Однако, учитывая приведшие к нервному срыву обстоятельства, переводим вас, приставляя к новому объекту для наблюдения и предотвращения проблемных для него ситуаций в Кристалльной Империи, на Промороженном Севере. У вас есть неделя на передачу дел очередному преемнику. За это время ваш подопечный как раз доберётся сюда из Тауруса. Сим скрепляю!

Появившийся из воздуха уже подписанный свиток с новым назначением скользнул по воздуху к опешившему единорогу. Луна горестно трясла чайником над своей чашкой, но оттуда не упало ни капли — если агент ЭСБ делает дело, он делает его хорошо.

*неделей позже, в поезде Кантерлот — Кристалльная Империя*

Майти удобно устроился на диванчике, вполглаза наблюдая за нынешним объектом. Тощий, нескладный, почти безволосый и до пинкипайности болтливый двуног активно клеился к проводнице, отпуская сомнительные шуточки про её метку — горячий кофе, в который вливаются сливки. Прогремел звук, ужасно похожий на удар подносом по голове и Майти нехотя поднялся. Надо было успеть прежде чем идиота опять начнут бить ногами. Да, вполне возможно что прилетит и самому единорогу, однако уже выпрыгивая вперёд и принимая на себя удар от мужа проводницы, донельзя счастливый агент всё же твёрдо знал одну вещь.