Михаил Карполь: С Чиличем мы выигрывали чемпионат Европы. Мирко Крокоп был моим соседом

Обладатель самойгромкой волейбольной фамилии дает всесторонне спортивное интервью, гдевстречаются звезды тенниса, волейбола, смешанных единоборств и пара футболистов,а еще Загреб, Екатеринбург, трагедия, семья, красивые девушки, малая берцовая кость и 1 200 000евро.

Молодогомужчину, сидящего рядом с Николаем Карполем во время матчей волейбольной«Уралочки-НТМК» российские СМИ уже дважды называли сыном самого известноговолейбольного тренера. В Карполе-старшем слишком много энергии, чтобыразглядеть в нем деда, а о Мише Карполе еще не так много известно, чтобыбезошибочно называть его внуком великого тренера. Мы узнали, что он играл втеннис, жил в Хорватии, тренировал молодежную команду из Екатеринбурга испросили подробности:

‑Я родился в Екатеринбурге, но в четыре года уехал в Хорватию, закончил тамшколу и получил гражданство. Меня перевезли, когда в России родители погибли вавтокатастрофе. Честно, я эту ситуациюкакими-то отдельными кадрами помню. Может и к лучшему, что в таком возрасте ещене понимаешь ничего. Только так обрывками осталось в голове. Дедушке надосказать спасибо, он меня тогда сразу отправил с бабушкой в Загреб, сам как разв то время тренировал местный клуб «Младость» и подумал, что в 1993-м послетакой смерти родителей, мне будет лучше переехать из России.

Хорватиятогда отсоединилась от Сербии. Николай Васильевич с «Младостью» выиграл Лигу чемпионов и нам предложилихорошие условия.

‑ Язык быстро выучили?

‑К четырем я, конечно, уже говорил по-русски, но когда ты маленький все равнопроще учить язык, тем более ты попадаешь в школу, где тебе так или иначеприходится общаться. Года через два-три уже свободно говорил. Когда в Россиювернулся в 2009-м, по-русски говорил гораздо хуже, чем по-хорватски, дажесейчас есть акцент, слышите?

‑По-русски, получается, я говорил только дома с бабушкой, даже думал нахорватском. Поэтому язык я до сих пор помню, тем более друзей много из Сербии:и в том же «Урале» (футбольный клуб из Екатеринбурга, ‑ Прим. ред.) игралонесколько ребят, и в баскетболе есть знакомые. В facebookрегулярно с кем-то переписываюсь.

‑ Друзья-футболистывсегда, круто, с кем вы общались из Урала?

‑Милан Вьештица, Бранимир Петрович – знаете же? Вьештица вообщеза «Зенит» играл четыре года, мы с ним до сих пор поддерживаем связь. Он оченьхороший защитник. Еще мы дружим с Николой Лепоевичем, он сейчас играет заСургут в баскетбольной Суперлиге. Мы же в Екатеринбурге в одном дворце сбаскетболистами тренировались. Спускаюсь один раз, вижу, с девушками из командыпарень говорит, но с сильным акцентом. Понимаю, что акцент знакомый.

Сталиобщаться, пришли как-то поесть в ресторан, а там двое ребят так же, как мы, разговаривают, оказывается это как разфутболисты из «Урала» были. Стали общаться, отличные парни оба.

‑ У вас же у самоготеннисное прошлое?

‑Был маленьким – каждое лето ездил на сборы в Алушту с Николаем Васильевичем. Унего очень хороший друг есть Александр Карпенко, он работал над физподготовкойу «Уралочки», но при этом сам был тренером по теннису на Украине. Дедушкакак-то предложил потренироваться, получилось, стало нравиться. Сказали,перспектива есть.

‑ Есть интервью,где вас называют чемпионом мира по теннису среди юниоров.

‑Для тех, кому меньше 14 лет в теннисе в принципе не проводится официальногочемпионата мира, но у нас был неофициальный чемпионат в Париже, кудадействительно приехали почти все лучшие игроки со всего мира. Обычно уевропейцев отдельный рейтинг, в мире другой, но там играли абсолютно все. Этисоревнования мне удалось выиграть. Еще был командный турнир, но там мы сталитретьими, проиграли японцам в полуфинале, а в матче за третье обыгралифранцузов.

Наследующий год мне было 15 лет, снова попал в сборную, тогда в той же командебыл Марин Чилич, мы выиграли зимний чемпионат Европы, на летней Европе взялисеребро и стали третьими на мире.

‑ С кем изизвестных сегодня пересекались на корте?

‑На зимней Европе мы попали на латышей и в паре с Чиличем обыграли Гулбиса и Леникса. Очень хорошо помню, что на одном турнире с нами играл Дель Потро, но не буду врать насчет того играли мы друг против друга илинет.

‑ Доигровщик«Белогорья» Ильиных 88-го года и до 16 играл в теннис, не встречались?

‑Слышал, что он занимался теннисом, но на соревнованиях не помню его.

‑ Почему закончиликарьеру в теннисе?

‑От колена к голеностопу идут две косточки, большая и маленькая. На тренировке вИспании мячик попал под ногу, и вот эта самая маленькая кость – фибула ‑треснула, двойное смещение, спицы в ноге, год на восстановление.

Вернулся.До травмы я играл Уимблдон по юниорам, в квалификации к нему обыгрывал КеиНишикори. Когда вернулся, понял, что дотакой формы придется очень много работать. Набрал вес, отвык от режима, а времябыло самое важное, переход из юниоров во взрослый теннис, начал психовать, сталпроигрывать, поиграл два года, набрал 6 или 7 очков в АТР и …

Честно, сейчас жаль, что так получилось. Натом же самом Уимблдоне IMG (известноеагентство, в состав которого входит в том числе и несколько спортивныхакадемий. Также IMG занимается карьеройзвезд шоу-бизнеса, топ-моделей и спортсменов, ‑ Прим. ред.) предлагало контракт на 1 200 000 евро. Ониоплачивают поездки, тренировки, турниры. Когда получил травму, контракт лежал вномере неподписанный, потом они отозвали его, конечно.

‑Когда видишь как человек, которого ты в детстве обыгрывал, выигрывает US Open, разные мысливозникают, хотя мы с Марином (Чиличем, ‑ Прим. ред.) в хороших отношениях,общаемся до сих пор. Я рад, что у него все сложилось в теннисе, мне нужно былостроже с себя спрашивать.

‑ Кому подражали,будучи молодым теннисистом?

‑Одно время даже пытался ходить как Сафин, именно делать такую же походку, ну ипонятное дело, футболки, украшения, еще какие-то вещи подсматривал у него,когда совсем маленьким был. Он в то время был очень популярен.

‑ Сегодня всевыбирают кумиров из Федерера, Джоковича и Надаля. Как вы на них смотрите?

‑По технике, конечно, Роджер Бог, тут без вопросов. У нас в Хорватии был тренер,занимался с парнем, который по юниорам регулярно встречался с Федерером. Есливы знаете Роджер, очень долго считался никаким вообще. Прямо, серьезно, нулем.Этот парень один раз играл с Федерером и проиграл ему один сет. Матч выиграл,но сет проиграл. И вот тренер ему написал в дневнике: «Ты сыграл очень плохойматч, с непонятным швейцарцем, о котором больше нигде никто никогда не услышит».

Джоковичсегодня номер один по физическим данным и уровню в настоящий момент. Я егопомню, он на два года старше был, но на каких-то турнирах мы все равнопересекались, правда, он юношеские турниры быстро прошел и устремился вверх. Отличныйпарень.

‑ В Хорватии чужимне чувствовали себя?

‑Как-то так получилось, что нет. Может потому что дедушка был знаменитым в тотмомент особенно. Когда они выиграли Лигу чемпионов, весь город гулял. И ко мнев школе очень хорошо относились. Мне вообще кажется, что это нации хорваты,сербы, нам близки. С ними очень легко общаться.

‑ Самое яркоевпечатление из хорватского детства?

‑Знаете, есть выражение «собирал стадионы». Вот я один раз был на такомконцерте. Есть один популярный певец, он давал концерт на стадионе футбольногоклуба «Хайдук». Пришло 60 000 человек, представляете. И был момент, когдаза него пел весь стадион. Серьезно, несмотря на то, что в Хорватии много чегобыло веселого, но вот эту картинку, когда 60 000 человек разом поет, язапомню надолго.

‑ Прожив 15 лет вХорватии, вы знаете кто такой Мирко Филипович (боец ММА, считается главнымсоперником в карьере Федора Емельяненко, ‑ Прим. ред.)?

‑Мы жили через три подъезда. Его менеджер ‑ отец моего хорошего друга потеннису. Он как раз его карьеройзанимался с самого начала.

‑ В вашем подъездебыли люди, кто говорил «Да я бил Мирко, когда по юношам выступал»?

‑Единственная история, которую я про него слышал, и могу точно сказать, что онаправдивая. Мирко с женой пришли в кино, там, на заднем ряду, сидели какие-товеселые ребята. Жена Мирко просила быть их потише, ее в ответ чуть ли непроституткой обозвали.

Говорят,он потом их дождался у касс, что-то около шести человек там было. В общем, мнерассказывали, что потом непонятно, что было, но парни секунд через пятнадцатьвалялись все. Не знаю, что он с ними делал, но они лежали и как все произошло,никто не мог описать.

Новообще в Хорватии все как-то запросто друг с другом общаются. Мирко все хорошознали, он выходил из подъезда какие-то случайные люди могли просто сказать «О! Мирко, привет», и он здоровался в ответ,мог подойти поговорить о чем-то.

Выслышали фамилию Карполь, но, наверное, не смотрите волейбол сейчас и не знаетеглавного. Весь сезон Николай Васильевич тренировал команду, котораябалансировала в середине турнирной таблицы и скромно уходила в тень, встречаясьс лидерами чемпионата. Весь сезон за первое место сами по себе боролись три«Динамо», Московское с лучшей нападающей турнира Обмочаевой, Казанское – сГамовой и краснодарское, где на замене вообще могло оказаться несколько человекиз сборной России. Карполь приехал в Краснодар и через два часа и две минутыпосле начала матча с местной командой его внук побежал из тренерской зоныобнимать спортсменок, а Николай Васильевич пошел к тренерам с другой сторонысетки сказать что-то ободряющее. Пока это самая эффектная победа в женскомчемпионате.

‑ Улетали изХорватии, зная, что с волейболом вам не разойтись?

‑Нет, мне просто сказали, что надо получать образование. Полетел учиться.Позвали играть в городской лиге в волейбол, побил мячик туда-сюда, черезполгода чему-то научился, все равно у тенниса с волейболом общее есть, движенияпохожи, а реакции мне хватает, в теннисевсе даже намного быстрее. Николай Васильевич позвал помогать в команду.Сначала, можно сказать, мячи подавал, потом начал с кем-то индивидуальнозаниматься и пошло.

‑ Сначала вывыиграли чемпионат с молодежной «Уралочкой»?

‑Мы еще со своей любительской командой выиграли город и область, но это яигроком был. В прошлом году, да, с молодежной «Уралочкой» выиграли чемпионат.Конечно, очень многому у Николая Васильевича научился. Когда столько тренировокнаходишься рядом с командой, начинаешь понимать что-то. Классный был сезон, мытам практически всех снесли, когда в плей-офф вышли, уже понимали, что нас спервого места никто не сдвинет.

‑ Подход сложнонайти?

‑Получилось так, что мы сначала сдружились, это, наверное, не очень хорошо, но ятогда еще не знал, что тренером буду, а просто на сборах был с ними, когдатеннисом занимался. С другой стороны, я знал, как девушки живут, чем ониинтересуются и никаких проблем у нас в отношениях не возникало. Они тоже смоглипонять, что на тренировках я их тренер, а друзья мы за площадкой.

‑ В какой моментбольше всего узнали о волейболе?

‑2004-й год, когда попал на Олимпиаду. Честно до этого даже особо не знал, чтотам происходит, кто куда идет, как и кто зачем прыгает. Помню, что когда в2000-м году в финал наши вышли, бабушка с сестрой: «Давай смотреть, у нас вфинале команда играет», а мне 11 лет было, даже не понимал, что такое финалОлимпиады, пошел с парнями в футбол играть. Через 4 года все по-другому было.

‑ После средиземноморскойХорватии вам нравится Екатеринбург?

‑Мне нравится. Верите или нет, но я люблю этот город. Он за последние шесть леточень сильно изменился, единственная вещь, к которой тут сложно привыкнутьпосле Европы – это дороги. То есть, вот смотришь по заведениям, по местам, кудаможно пойти, он намного опережает тот же Загреб, но при этом дороги в Россииочень плохие, не понимаю, как так происходит, а к погоде я привык на самомделе.

Яи в Хорватии холод переносил легко. Когда было холодно, мог в шортах ходить,кто-то у виска пальцем крутил «Рус, ты что сумасшедший?», Рус, понятное дело,из-за места рождения называли.

Оченьлюблю Екатеринбург и Хорватию. В Москве жил годик, но там проснулся, сходил натренировку и уже вечер.

‑ Сколько раз людиспрашивали про то, почему Николай Васильевич так кричит?

‑Меня бесполезно спрашивать. Кому нужно я давно ответил, что у каждого тренераесть своя методика, свои способы добиваться целей. Он своими результатами вседоказал, он себе это может позволить, он так воздействует на людей. Какие могутбыть вопросы?

Иповерьте, мне часто еще больше девушек достается.

‑ Как вы обыгралиКраснодар?

‑Во-первых, у нас команда очень хорошо приготовилась к концовке сезона,во-вторых, девушки, наверное, до конца почувствовали тот волейбол, в которыйиграет Николай Васильевич. И получился не матч, а война. У нас все девушкисыграли просто блестяще. Мы из тренерской зоны смотрели с Николаем Васильевичеми в каждый момент понимали, что можем. Невероятный матч был. Кто-то с температуройиграл, Аня Матиенко играла против своего бывшего клуба, другие просто поверили…и мы победили.

‑ Чего сегодня нехватает волейболу, чтобы стать популярным как футбол и биатлон?

‑Во-первых, клубам стоит работать со своими молодежными командами. Когда вгороде волейболом занимается не только 20-30 человек в профессиональнойкоманде, а играют в него на уровне школ и университетов, намного больше людейоказываются увлеченными. Ничего не хочу сказать, но, если сейчас посмотреть наСуперлигу, можно увидеть много хороших команд, но не так много городов, гдевыращивают молодых спортсменок. Во-вторых, на самих матчах нужно работать созрителями, развлекать как-то, у нас же много прекрасных матчей проходит вполупустых залах. В-третьих, люди должны понимать, что такое пиар и как этоработает. В «Уралочке» сейчас естьчеловек Константин Панов, который занимается этим около года и действительностало больше людей приходить, мы видим результат. Ходят на матчи, что-то обсуждаютв группе.

Зачемберут деньги за билеты? Вот серьезно, сегодня же ни одна команда незарабатывает этим, а для людей это дополнительное препятствие.

Одиндорогой легионер может стоить как хорошее финансирование для волейбольной школына несколько лет. Может лучше про это подумать.