Впечатляющие фильмы ужасов, Часть 1
Ужасы всегда занимали тёмную, мрачную, но приятную нишу в наших умах. Фильмов ужасов наснимали сотни сотен, но действительно будоражащих наших умы было. каждый согласится, что такие можно посчитать по пальцам и иногда достаточно лишь одной руки.
Конечно, фактор страха у каждого свой: кто-то боится насекомых и панически смотрит подобные фильмы. Кто-то боится маньяков в масках и считает эти ужасы самыми страшными. А кто-то боится клоунов. ну вы поняли. Поэтому, если один человек строит кирпичную стену от пауков-убийц на экране, как другой просто заснёт при просмотре этого фильма. Японцев пугает Годзилла, а дна нас это просто лютый фейспам.
Тогда, почему есть фильмы, которые мы практически все боимся одинаково? По крайней мере, от одного лишь упоминания о них у нас пробегают толпы мурашек и возникают мысли: "а не обернуться ли?", ведь кто знает, что притаилось у тебя за спиной, пока ты читаешь этот пост и вспоминаешь свои самые страшные кошмары.
Большинство киношников просто штампуют ужастики, ибо это бизнес. В итоге получается мелкий проходимый трешачок. Но есть те, кто знают формулу истинного страха и вкладывают душу (или продают её Дьяволу), именно такие фильмы мы запоминаем навсегда. Что же это за формула? Попробуй подумать. не спеши. закрой глаза. Догадался? Нет? А теперь проверь ответ: любой человек боится то, что не может объяснить. То, перед чем считает себя беззащитным, ведь мы не знаем чего ждать от того, что не понимаем. От того, что не способен проанализировать наш разум, выдавая такие мысли, которые пугают нас ещё больше. Например, почему люди боятся темноты? Ошибаетесь! Люди не боятся темноты, а боятся того, с чем могут в ней наткнуться. Кто-то боится выколоть глаз по неосторожности, а кто-то боится оставаться дома один, когда ночью вырубают электричество. Хотим мы этого или нет, но наш разум предательски вырисовывает самые ужасные сценарии, которые могут с нами случиться в темноте. Почему? А потому что это страх любого человека - страх незнания и неведения и разум старается нас защитить, пихая в воображение все те ужасы, которые способны нас напугать. И тут даже скептик может сломаться, оказавшись в полной темноте и в полной тишине, а услышав кошмарный звук из её глубин, даже он момент поверит во что угодно.
Этот не топ-рейтинг фильмов, а лучшие, которые вобрали в себя формулу настоящего первобытного страха. Именно они, либо стали первые своего рода, либо лучше всех раскрыли суть универсальных кошмаров любого человека. Я не буду сильно вдаваться в описания фильмов, их итак полно в интернете, а укажу то, что в них так пугает зрителей.
80-90е года, рассвет качественных фильмов ужасов, когда действительно снимали так, что ты в свои прыщавые 14 лет способен получить пару десятков седых волос. Увы, эти года и закат качественных ужастиков.
Фильм повествует о том, что по роковому стечению обстоятельств в гладильную машину городской фабрики вселился демон или сам дьявол. Однако, упор идёт далеко не на это, а именно на машину. Огромная многотонная махина созданная для промышленной глажки, сушки и складыванию белья. Весь её антураж показан на картинке выше и один вид уже может повергнуть всех в лёгкие оковы ужаса.
Когда начинается странная череда смертей работников фабрики (незацензуренных ТВ), угодивших в эту машину, на место выдвигается детектив, начиная расследовать это дело. Он даже не догадывался, в какой ужас сам себя и втянул.
Казалось бы, что можно снять вокруг одной неподвижной гладильной машины? Невероятная атмосфера фильма, подробности работы механизмов и загадочное "поведение" машины просто завораживали. Тяжёлый сложный механизм вверг в ужас всю фабрику, превращая сотрудников в фарш.
Казалось бы, трешачок? А вот нет, режиссёр передал потрясающую атмосферу фильма, что сделало Давилку культовой в олдскульных кругах. Есть 2 и 3 часть, но они сняты в другом формате и весь антураж фильма в них похерен.
С самых первых минут атмосфера фильма безвозвратно втягивает в себя любого, кто только начинает его смотреть. Отдалённая полярная станция, кругом снег и никакой помощи извне. Группа людей занимаются своей работой, попутно выживая в суровом холоде станции. Их привычную жизнь разбавила внезапная находка в древних льдах. Они обнаружили нечто странное и бесформенное настолько, что даже примерно не могли предположить мнения о находке. Однако, этот шанс им всё же представился, когда Нечто внезапно исчезло.
В основу фильма идёт то, что группа полярников столкнулась с тем, что объяснить просто невозможно. С тем, что выходит за рамки любого понимания. Если кто не видел фильм, скажу: нет, это не банальный монстр, которых всех "ням-ням", но большего сказать тут не могу. Подобной концепции вообще не было и до сих пор нет ни в одном фильме. Из-за непонимания угрозы, они так же не понимали того, как ей противостоять, в этом и заключается одна из фишек фильма. Здесь нет солдат, Рэмбо, а лишь обычные полярники, которые стараются выжить, борясь как с холодом, так и с Нечто.
Есть ещё вторая часть фильма, современная адаптация, тоже неплоха. Классика, конечно лучше, но тут дело вкуса.
Возвращение живых мертвецов 3
Почему я выделил именно эту часть? На мой взгляд, это наиболее высококачественный треш из линейки, да ещё способный свести вашу психику с ума настолько, что вы будете бояться даже скелетов, стоящих в школьном кабинете биологии.
Есть такие интересные бочки с трупами, газ из которых способен оживлять мертвецов. Эту фишку просекли учёные и конечно создали лабораторию, напичкав её этими бочками и трупами для экспериментов. Учёные учли, казалось, всё, любые последствия выхода экспериментов из-под контроля, но только не тот случай, когда к ним проникает "сынок" одного из руководителей со своей мёртвой подружкой и Конечно, он пытается её оживить, наплевав на безопасность всей лаборатории, не закрыв за собой нужные двери и бочки. С этого момента и начинается адовый пиз. треш.
Конечно, мертвяки не стремятся дружить с живыми мешками костями, и не собираются нести в мир добро и демократию. Отличительной особенностью от других фильмов с мертвяками является то, что каждый персонаж детально проработан, уникален и пугает не набором "мясо, кишки, кровь", а тем, как его показывают создатели фильма. Например, мертвец, у которого голова находится вверх на метр от тела, держась на одном лишь позвоночнике. Именно проработка персонажей и делает фильм буквально неповторимым и никакие "Ходячие" по антуражу даже близко в сравнение не идут. После просмотра вам гарантирован пакет разных фобий.
Эпичная серия фильмов про ксеноморфов и их двуногую еду. Жуткие создания, которые настолько быстро ко всему адаптируются, что убить их очень и очень не просто. Добавим к этому ещё антураж космических кораблей, замкнутые пространства и получаем достойный ужастик.
Люди любят играть с огнём и то, что они их иногда обжигает, ничему их не учит. Поэтому попытки обуздать идеальных хищников заканчиваются для них печально. Серию фильмов отличаются великолепные декорации, созданные талантливым художником Гигером, а над фильмами работали аж сами Джеймс Кэмерон и Риддли Скотт, а значит фильмы уже по определению не могут быть провальными.
Вся линейки фильмов показывает не только историю приключений еды и ксеноморфов, но и старается запугать зрителя до такой степени, что рано или поздно он невольно делится на ноль. Чего стоит только прибор солдат, способный детектировать движения живых существ. Его ритмичные звуки скорее созданы не для информативности показаний, а для вызывания приступов пота и падающих кирпичей у обладателей приборов, впрочем, и у зрителей.
Серия фильмов показывает нам то, что если закинуть монстров и еду в один аквариум, то можно снять нечто очень мощное, что язык не повернётся назвать трешаком. Фильмы постоянно держат в напряжении и дают немного расслабиться, если героям удастся найти место, чтобы передохнуть (ударение ставьте сами). Именно невероятные декорации, образы ксеноморфов и атмосфера фильма не дадут забыть безглазых монстров никогда. Неизвестно откуда и когда они появятся, неизвестно как они настигнут новую жертву. Неизвестно, то, что ждёт за тем или иным поворотом. Неизвестно. Говорят, если после просмотра заглянуть дома в тёмную кладовку, то можно услышать тихое шипение и звук падающей на пол слизи.
Фильмы можно смело пересматривать и пересматривать. Если интересно узнать ещё о подобных фильмах, сообщите)
кладбище домашних животных
кошмар на улице вязов. я посмотрела его впервые в 20 лет, в детстве меня спалили, когда я спрятавшись подсматиривала. а когда вышел римейк посмотрела оригинал. и вроде было и смешно, но и стремно как-то.
ну и много японских ужастиков.
все перечисленное в посте почему то вообще не пугало никогда
До сих пор боюсь посмотреть "Седьмые врата ада" Лючио Фульчи. Настолько было страшно в детстве. Вообще довольно много культовых произведений еврохоррора, которые создавали великолепную атмосферу саспенса и непреодолимого страха: Марио Бавы, Дарио Ардженто и прочих. Одни саундтреки группы "Гоблин" чего стоят.
Последнее качественное, что видела - "Аутопсия Джейн Доу" или "Вскрытие Джейн Доу". Очень достойно.
А потом настала эра PG.
Я заснул посреди полета, а проснулся в пустом самолете
Я никогда не делал этого раньше. Понимал в теории, что могу отреагировать хуже, чем большинство, но черт… Даже предположить не мог, что буду настолько напуган полетом
Новые переводы в понедельник, среду и пятницу, заходите на огонек
А вы знали, что за прошлый год потерпело крушение 86 самолетов гражданской авиации?
Именно эту потрясающую статистику я прочитал в вестибюле аэропорта ровно перед тем, как сесть на свой самолет. Думаю, можно не описывать, насколько это меня подбодрило? Это был мой первый полет, и чтение об авиакатастрофах совсем не помогало.
Я остановился на мгновение, занеся дрожащую ногу над площадкой трапа. Стюардесса одарила меня белозубой улыбкой и попросила билет. Я подал его потной ладонью. Стюардесса, мельком глянув, повела рукой, приглашая меня в самолет. Я и так уже превратился из человека в комок нервов, а теснота салона только усугубила ситуацию. К счастью, мне досталось место у окна.
Я утер пот со лба, украдкой оглянувшись по сторонам с внезапным стыдом, убеждаясь, что никто меня не видел. Упал на свое место и глубоко вдохнул. И еще раз. Грудь равномерно поднималась и опускалась, но сердце билось все так же яростно, а глаза все так же заливал соленый пот.
Через несколько минут салон наполнился гулом двигателей. Скорость росла, а вместе с ней и камень, давящий мне на грудь. Все быстрее и быстрее. И вдруг, когда мы уже вот-вот должны были начать подниматься, нос самолета будто подпрыгнул на невидимой кочке и резко ухнул вниз с глухим ударом. Я испуганно вскрикнул. Где-то сзади рассмеялся ребенок. Черт, как же неловко. В результате я пришел к компромиссу с самим собой и просто крепко зажмурился. Самолет набирал высоту, а мою грудь все сильнее и сильнее сжимало давление. В какой-то момент я испугался, что еще чуть-чуть и меня раздавит…
Но нет. Спустя несколько тяжелых минут, все прекратило. Мы просто полетели вперед. Адреналин схлынул. Дрожащими руками я отстегнул ремень безопасности.
– Какие-то проблемы, сэр? – Та же стюардеса, что встретила меня в входа, подошла и предложила воды.
Я схватил бутылку, буркнув “нет”, и уставился на белые облака за окном. Но время шло, картина не менялась, и со временем скука сменила панику.
В конце концов я решил, что летать не так уж и плохо. Просмотрел список фильмов, не нашел ничего подходящего, зато выбрал пару игр и выпал из реальности на следующие полчаса.
Прошло совсем немного времени, и свет в салоне выключили, оставив лишь тусклую голубую подсветку. Пассажиры ворочались на своих сиденьях, пытаясь заснуть. Я решил последовать их примеру, просто чтобы скоротать время. И это было худшее мое решение.
Слабый шепот пронесся по салону, когда я уже почти провалился в сон, почти неуловимый расслабленным разумом. Я заснул.
Пару часов спустя я проснулся. Протер глаза. Огляделся.
Я моргнул, снова протер глаза, но тускло освещенные сиденья остались пустыми. Как будто все пассажиры исчезли. В животе мгновенно разверзлась бездонная яма, во рту пересохло. Я поднялся с места и пошел по проходу, яростно крутя головой из стороны в сторону. Никого. Прошел в следующий салон, раздвинув занавески, но и там не было ни души. Проверил туалеты. Пустые.
Мой мозг, как мог, старался рационализировать ситуацию. Может быть, я проспал посадку? Иронично, насколько важной мы считаем рационализацию в стрессовых ситуациях. Буквально отдаем ей первый приоритет. Я подошел к окну и поднял пластиковую штору… Темное небо и слабые очертания облаков цвета виски. Черт. Ситуация понемногу складывалась, и от этого у меня внутри похолодело.
Я один в самолете на высоте 10 000 метров в воздухе.
И я сделал то, что первое пришло в голову. Побежал к кабине пилотов. Миновал один салон, другой, продираясь через занавески… А потом еще. И сколько бы я не бежал, по ту сторону чертовых штор открывался следующий салон. Пот тек ручьем. Сердце испуганным кроликом билось в груди. Сколько бы салонов я ни оставил позади, добраться до кабины пилотов не получалось. Только все то же небо и те же громады облаков за окнами. Только все та же голубоватая подсветка. Все тот же темно-синий ковер на полу.
Посреди тридцатого по счету салона я просто рухнул на пол в проходе, еле дыша. Вся одежда была мокрой от пота, в горле стоял комок. Черт! Нужно выбраться из проклятого самолета!
Внезапно низкий гул наполнил мои уши. Я напряг слух. В звуках читалась мелодия, ритм. Безмятежность и печаль. Я обернулся и увидел женщину в паре рядов позади меня. Точнее, ее затылок. С трудом поднявшись, я подошел к ней, отчаянно нуждаясь в помощи…
И остановился как вкопанный, осознав, что показывает экран перед ней. Меня. Меня, стоящего за ее спиной. Меня, под прицелом невидимой камеры. Женщина перестала напевать и медленно повернула голову.
И от вида ее лица у меня кровь застыла в жилах. Стюардесса, та самая, что встретила меня у входа, та, что принесла мне воду. Вот только глаза ее были налиты кровью, а веки срезаны. И губы изогнулись в улыбке, прорезающей лицо от уха до уха.
– Какие-то проблемы, сэр? – спросила она размеренным голосом.
Я отшатнулся от нее и чуть не упал, а потом побежал прочь не оглядываясь. Я бежал и бежал, пока не споткнулся и не рухнул на мягкий ковер. В панике оглянулся… и увидел бутылку с водой. Мою бутылку. Ту, что я взял у стюардессы перед тем, как заснул.
Чего ей от меня надо? Впервые с начала безумного марафона я осмелился оглянуться за спину. Никого. К счастью. Я был совсем один. Что же теперь делать? Как выбраться, когда выхода нет? Занавеска впереди затрепетала, заставив у меня волосы на загривке встать дыбом. Стюардесса вошла в салон.
– Какие-то проблемы, сэр?
Я медленно попятился в шоке, спотыкаясь на ходу… врезался спиной во что-то твердое… повернулся…
И снова оказался с ней лицом к лицу.
– Какие-то проблемы, сэр?
В панике озираясь, как загнанное животное, я вдруг увидел, что все места теперь были заняты. Заняты женщинами с одинаковыми лицами. С лицами, как две капли воды похожими покореженную гримассу стюардессы.
– Какие-то проблемы, сэр?
Их голоса в унисон прогремели по салону. Их голоса потрясли меня до глубины души. Я вырвался и в панике бросился в соседний салон… И там были они. Везде. На каждом месте. И я снова побежал. И на этот раз к аварийному выходу.
Стюардессы следовали за мной. Стук их шагов раскаленными гвоздями впивался мне в мозг. Я повернул колесо… дверь поддалась. Черт, да я скорее прыгну, чем снова окажусь лицом к лицу с ними!
Дверь открылась, и меня затянуло в чернильное небо.
Холод. Лютый холод пробрал меня до самых костей. Проник в душу. Я падал в черно-синее небо, пронзая облака. Ждал ужасной смерти. Ждал момента, когда врежусь в землю на бешенной скорости. Переломаю все кости в хрупком теле. Проживу последние моменты в адской агонии боли.
И в голову мне само собой проскользнуло горькое воспоминание о том, что привело меня к этой минуте. Как я садился в самолет. Как заснул… Трудно это описать, но меня будто затянуло в последние проблески проваливающегося в сон разума….
Я очнулся в самолете на своем месте. Все еще ледяной после лютого холода заоблачных высот. Все еще чувствуя, как ветер свистит в волосах. Постепенно ощущение свободного падения прошло, тепло кабины и шершавая ткань сиденья снова тронули мою кожу. Я неведомым образом перенесся ровно в тот момент, когда вот-вот готов был заснуть. И больше не смыкал глаз.
Пара мучительно-страшных часов полета наконец миновала. Самолет приземлился. Боже, да я был безмерно счастлив снова почувствовать землю. Я думал, что все это было просто сном. Кошмаром, спровоцированным страхом полетов. Но то, что произошло, когда я сходил с самолета, заставляет меня в этом усомниться.
Все та же стюардесса прощалась с каждым из нас, стоя в дверях. А когда я проходил мимо…
– Какие-то проблемы, сэр?
До сих пор не могу вспомнить без дрожи. Пулей я слетел по трапу, расталкивая пассажиров. Благополучно добрался домой.
Но я не стал бы этого писать, если бы дело было лишь в страшном сне. Я публикую эту историю, потому что мне нужна помощь.
Я снова видел ее. Стюардессу. Сегодня. За моим окном.
Я не могу выйти из комнаты. Сколько бы раз я ни прошел через дверь, я все равно оказываюсь снова в своей спальне.
А она пристально смотрит на меня своими красными глазами без век, пока я пишу этот пост.
И боюсь, окно не сможет ее удержать.
Телеграм-канал, чтобы не пропустить новые посты
Еще больше атмосферного контента в нашей группе ВК
Перевела Юлия Березина специально для Midnight Penguin.
Использование материала в любых целях допускается только с выраженного согласия команды Midnight Penguin. Ссылка на источник и кредитсы обязательны.
СЛУЧАЙ В АРХИВЕ
В дверь кабинета начальника управления робко постучали.
- Проходите Рязанцев, проходите. Как вам в наших архивах, после оперативной работы в Питере? Скучновато, наверное? - высокий седовласый подполковник пододвинул к себе поближе пачку запыленных пожелтевших бумаг, принесенных молодым человеком.- Виктор Степаныч, я тут странные документы обнаружил за семьдесят второй год, и бухгалтерскую отчетность на обеспечение командировочной группы. Хотел вот у вас спросить. Вы как раз начинали здесь работать, - парень в погонах младшего лейтенанта раскраснелся и запнулся.- Что странного в старых отчетах, Игорь? - суровым голосом спросил подполковник. - Обычные командировочные листы, приказ об осмотре старой базы на ее пригодность под нужды нашего управления.- Понимаете, товарищ подполковник, командировочные листы туда и обратно, а по бухгалтерии смотреть - так они в одну сторону поехали, назад не возвращались. Вот смотрите: капитан Григорьев, старший лейтенант Кулик и гражданский Покровкин, преподаватель академии РАН. Офицеры-то понятно, а ученому чего надо там было? Туда инженера отправлять надо, а не академика, - Игорь наконец-то справился с собой, его голос стал ровным и спокойным.- Интересно, интересно. - перекладывая старые бумаги, поморщился Виктор Степанович. - Кемеровская область - свет не ближний, может, документы где и потерялись, мало ли. Сорок лет прошло, тут черт ногу сломит.- Люди потерялись товарищ подполковник, - тихо, но уверенно сказал Игорь. - Я по ним данные поднимал, они из командировки домой не приехали. А из нашей конторы им ничего не объяснили, всё под грифом секретности.Он достал пожелтевшую папку из своего потрепанного кожаного портфеля и положил прямо перед подполковником.- Дело заведено в тысяча девятьсот сорок третьем… - поразился Виктор Степанович. - Материалы на немецком все, ни беса не пойму.- Сзади копии перевода. Почитайте - весьма любопытно, местами до дрожи, - младший лейтенант с подозрением уставился прямо в глаза начальника, закрытые толстыми зеркальными линзами очков в роговой оправе. Тот же, не обращая внимания на пристальный взгляд подчиненного, углубился в изучение документов.
Из дела № 235697
"Я, Густав фон Краузевиц, оберлейтенант абвера группы "ОсТ", прошёл подготовку в Квинцзее близ Бранденбурга. Цель заброски - уничтожение исследовательского центра №23 НКВД. Я единственный выживший из восьми человек группы. Мы были лично отобраны Канарисом, что ещё раз подтверждает необычайную важность нашей миссии. Я добровольно сдался группе советских солдат в надежде защититься от ужаса, найденного нами в глубине сибирских земель. Прошу передать мои записи вашему руководству.Наше командование отправило нас вслепую с целью уничтожения секретной разработки русских с кодовым названием "Рептилия".Русские относятся к секретности как к игрушке. Для них безопасность сводится к окутыванию территории колючей проволокой и полусонному караулу, который может проморгать целую дивизию диверсантов. Первой задачей был сбор возле заброшенной деревни – до ближайшего населенного пункта сотня километров. Все члены группы были там в положенное время. Старшим группы был назначен оберст Халфман, раздавший всем листы с подробной инструкцией по уничтожению советской базы. Решили отдохнуть день в шести километрах от объекта.
Природа этой дикой страны величественна и необычайно красива. До войны я не раз бывал в России как журналист газеты "Die Zeitung", но глубина и масштабы лесов, которые местные называют тайгой, поражает всякое воображение. На бескрайних просторах легко затеряется два десятка европейских стран. Только здесь я понял, с каким гигантом сцепилась в смертельной схватке великая Германия. Три года войны с Советским Союзом дали понять, что победитель предрешен. Я не великий тактик, но я вижу это в глазах наших солдат, они не понимают этой войны. Фюрер ударился в мистику, ищет самые невероятные методы для победы. Были созданы целые подразделения по розыску всевозможных "специальных объектов" и похищению новых разработок вооружений. Особый интерес для абвера носят работы русских над биологическим оружием, по принципу «раз у нас не хватает солдат, значит нужно сделать их непобедимыми».Обо всём этом я размышлял, когда мы с агентом Ребером отправились уточнить местоположение постов охраны.
В здешних лесах мало света, большие хвойные деревья и почти полное отсутствие кустарников. Зато внизу очень много мха. Идеальный помощник для диверсанта, заглушает шаги. Животные почти не появлялись, только мелкие грызуны сновали между деревьями. Моё внимание привлекли большие норы полуметрового диаметра, почти вертикально уходящие вниз. Вилли сказал, что наверное это норы росомах, но почему их более полутора десятков в одном месте, объяснить не смог. Ну и в конце концов, мы же не животных изучать прибыли. Единственное, чего приходилось опасаться, это советской контрразведки, которая могла отследить перемещения агентов и выйти на всю группу, поэтому парабеллумы держали наготове.На периметр объекта вышли к полудню. Пока Вилли со своей снайперской винтовкой искал наиболее удобную позицию, я прополз вдоль северной стороны советской базы и не обнаружил охраны ни на одной вышке. Да и сами ряды колючей проволоки были покосившимися и местами разорванными. Не верилось, что именно здесь аэрофотосъёмка, сделанная полгода назад, выявила движение автоколонны к базе и обратно и все признаки расквартированного батальона охраны.
Погода испортилась, из низких тяжелых туч хлынул проливной дождь, ветер взвыл в поваленных рядах проволоки. Мне показалось, что что-то черное мелькнуло на одной из вышек, но двигался явно не человек, и я успокоился. Укрывшись под плащ-палаткой, я зарисовал схему расположения постов и проходов в колючей проволке, а Вилли объявил, что минных полей нет. Он также сказал, что заметил движение на базе, но люди, увиденные им через цейсовскую оптику, как-то странно быстро двигались, и чётко их рассмотреть не удалось.Приказав ему наблюдать за лагерем и не обнаруживать себя, я двинулся в обратный путь за основной группой. По дороге я снова наткнулся на ряды круглых провалов земле и не удержался, чтобы не заглянуть в один из них, посветив туда фонариком. Луч света затерялся где-то в глубине, и у меня возникло чувство, что на меня оттуда тоже смотрят. Не покидало оно меня и всю дорогу. Я затылком чувствовал, что за мной наблюдают с деревьев, но как ни старался кого-то рассмотреть в кронах лиственниц, при такой пасмурной погоде ничего не увидел.
В лагере Халфман подозвал меня к себе и назначил своим заместителем. Дал ознакомиться с документами. Оказывается, русские здесь обнаружили какой-то вид очень крупных ящериц, очень сообразительных пресмыкающихся. Они уничтожали охотников, вторгшихся на их территорию. Местное население называет их "ора". Говорят, что выпив кровь "оры", человек становится в десятки раз сильнее и не чувствует боли. Потому здесь и была развернута база, охраняемая НКВД. Отловив пару десятков особей, ученые выделили ряд очень интересных ферментов. Несколько раз прибывали колонны с заключенными для испытаний. Об этом свидетельствовали данные трёхмесячной давности. Тогда я понял, что за мной наблюдало с деревьев, но что за непонятные люди на базе и где охрана, было все равно неясно.
В 2.30 оберст скомандовал группе выход. Взрывчатки было очень много, её тащил даже Халфман. Неясно, зачем ее столько было нужно, вся база - четыре расположенных по квадрату здания. На полдороги к назначенному пункту совершили остановку, чтобы связаться с Вилли. Но радиостанция Ребера молчала. Не успели мы обсудить эту ситуацию, как сзади раздалась автоматная очередь нашего замыкающего Ганса. Он шел в пятидесяти метрах позади, прикрывая группу, и должен был открывать огонь лишь в случае крайней необходимости. С мыслью, что нас выследили советские контрразведчики, мы ринулись назад и увидели три тени, метнувшиеся в полутьму леса. Ганс лежал на просеке, зажимая руками окровавленный живот, правой ноги до колена не было.
Мы замерли от неожиданности. Ожидали наткнуться на роту СМЕРШа, а столкнулись с чем-то непонятным. Ганс неожиданно дернулся и захрипел, собрав остатки жизни. Он выдавил из себя: "Дьявол пришел. слуги его. ", - и застыл. Мы замерли, а Халфман, прекратив изучать следы, приказал двигаться дальше. Меня он назначил замыкающим вместе с Юргеном. Я понял, что оберст понимает происходящее, но с нами делиться информацией не намерен. Мы забрали взрывчатку и забросали Ганса ветками.
К четырём утра мы вышли к посту Вилли. Я издали заметил его висящим на ветвях старой лиственницы головой вниз, вернее половиной головы. Верхнюю часть словно откусили гигантскими челюстями, а на омертвевшей части лица застыл перекошенный в ужасе рот. Дитриха, нашего спеца по взрывчатке, вырвало. Халфман в задумчивости вертел в руках разбитую радиостанцию. Разделившись на три группы, мы вошли на территорию базы с разных сторон. И тут начались вещи, которые мой мозг до сих пор отказывается принимать. Ни одной души, только мертвые здания и разбросанное там и тут оружие, клочья одежды с побуревшими высохшими пятнами, видимо крови. В центре базы я снова обнаружил норы, никак не менее трех десятков. Возле здания казармы стоял покореженный грузовик с вращающейся платформой, на которой было установлено зенитное орудие. «Казарма минимум человек на сто пятьдесят», - прикинул я. Страх начал медленно подниматься от поясницы вверх по позвоночнику, и я, спиной почувствовав опасность, резко обернулся. Ровно за мгновенье до того, как на меня обрушился какой-то огромный человек. Нет, не человек, а что-то ужасное – темно-зеленая кожа и вытянутое вперед, как у ящерицы, лицо. Я инстинктивно выпустил в брюхо твари три пули из своего парабеллума, а мозг, отказываясь полностью воспринимать ситуацию, машинально отметил на теле нападавшего части полосатой одежды, видимо бывшего заключенного. Монстр с диким шипением свалился с меня и нырнул в ближайшую нору. Я почувствовал, как теплая струйка крови течет под моей одеждой, но боли не чувствовал.
Несколько секунд я выглядывал напарника по группе, раньше меня свернувшего за угол казармы. Потом услышал шипение со всех сторон, и земля разверзлась… Из каждой норы хлынули твари. Некоторые совсем черные и большие, некоторые в частях одежды, раздались редкие выстрелы оставшихся в живых агентов, и мой мозг не выдержал. Я побежал, бросив оружие.
Я не трус, я не боюсь умереть в бою, не боюсь умереть от ран, но я не мог видеть, как полулюди-полуящерицы рвали моих товарищей на части. Последнее, что я помню - это Халфмана, забравшегося на крышу и стрелявшего из его любимого "штурмгевера". Он прожил ровно до перезарядки магазина, когда на него обрушились несколько монстров.Стремглав несся я по лесу, не разбирая дороги. Не помню, сколько я бежал. Сознание отметило несколько мощных взрывов позади, видимо кто-то успел заложить взрывчатку и сработали таймеры. Я надеюсь, что взрывы убили много этих тварей. В глазах было темно, а в голове мелькали странные образы, звучали странные слова. Бог-ящер… Но ведь это старославянская легенда… «Уходи и не возвращайся. Расскажи обо мне»… Яркие картины языческих жертвоприношений, задолго до пришествия Христа на землю. Миссионеры, беспощадно истреблявшие людей-ящеров. О нет, они не забыли причиненного зла и вернутся, когда придет время. и это время близко. Когда я выбежал на дорогу, наткнулся на грузовик с военными. И я счёл за счастье сдаться в плен.Я, военнопленный Густав фон Краузевиц, прошу, заклинаю советское командование принять меры по уничтожению всех этих тварей, пока не поздно. Ещё не поздно. Они хитры и изворотливы и они будут вскоре среди нас. Я знаю. Я видел».16 июля 1943 г.
- Занимательный документ, Игорь. - процедил подполковник. - Вот только вам не кажется, что все это - бред спятившего с ума военнопленного?- Виктор Степанович, это не фантазии. Вот документы умершего Краузевица - рваные раны на боку и спине, заражение неизвестными токсинами - умер через два месяца после составления документа, - Рязанцев стал пунцовым от оказываемого недоверия. - И как вы объясните, что одиннадцать лет назад именно вы поставили подпись в приказе на отправку исчезнувшей экспедиции в место, указанное немецким военнопленным?- Выпейте воды, Игорь, - голос начальника стал металлическим, он пододвинул прозрачный графин молодому офицеру, - выпейте и успокойтесь. Зайдите ко мне завтра утром, и мы поговорим на эту тему.
Рязанцев одним махом выпил половину графина и, хлопнув дверью, вылетел из кабинета, не забрав документы. Через два десятка шагов ему стало нечем дышать, закружилась голова, он рухнул возле лестницы, кровь захлестывала его горло.
Виктор Степанович, улыбаясь, подошел к окну и распахнул его, сняв свои неизменные очки. В солнечном свете хищно сверкнули желтые змеиные глаза. Он довольно усмехнулся, услышав тонким слухом грохот упавшего в конце коридора бездыханного тела Рязанцева, подошел к столу и убрал в нижний ящик в который раз некстати всплывавшее дело покойного оберлейтенанта.