Спотыкаясь на карьерной лестнице (Часть 61)
После получения предоплаты я сразу же выехала на объекты. Отвезти меня вызвался Валера, объяснив, что Саша и водитель сильно заняты. Я поняла, что Валера решил засветиться у заказчика и самостоятельно проконтролировать процесс, но напрямую об этом говорить не решился. У Валеры от чего-то нешуточно бомбило, костяшки пальцев белели, сжимая руль, зубы были стиснуты, выражение лица свирепое.
Мы остановились на АЗС заправиться, и Валера, взяв казенную щетку, стал остервенело елозить по машине. Я заметила, что он о чем-то перегавкивается с водителем соседнего авто.
- Сукин сын. – плюхнулся Валера на сиденье и хлопнул дверью.
- Да вон сзади на красной, лысый гандон!
- Представляешь! Стою, блять, чищу машину, никого нахуй не трогаю! А этот мудак подъезжает сзади и такой говорит: «Эй, а мне тоже надо пготегеть!». Он решил, что я работаю на этой сраной заправке. – еще больше рассвирепел Валера и опустил стекло.
Резко высунувшись в окно, Валера совершенно неожиданно проорал на всю АЗС:
- О, боже. Аха-ха-ха! Как тебе не стыдно?! - произнесла я, захлебываясь от смеха – У человека фефект фикции, а ты обзываешься!
- И что же ты ему ответил, когда услышал про «пготегеть»?
- А я сжал эту щетку, блллееать, и как гаркнул ему: «И че ты, ссука, этим хочешь сказать. »
- И что? Он понял, что ошибся?
- Конечно, сука, понял! Я в два раза больше него. Взять бы да сломать нахуй эту щетку об его тощий хребет! – плевался Валера слюной.
- Ты чего-то сегодня агрессивный.
- Иногда, я хочу взять кого-нибудь и как напиздить! Испытываю дикое желание.
- Это, наверное, чисто мужское. – спокойно улыбнулась я.
- А что-то произошло?
- Да, наш Стас, пидорас.
- В плохом или хорошем смысле этого слова?
- А что, у этого слова есть хороший смысл?
- Есть, но только для определенного круга лиц.
- Стас, мудак, обманул нас! А теперь, еще нагло подрезал несколько тендеров. Цены роняет нахуй ниже плинтуса! Думаешь, только я злой? И Карпов матерится, и остальные!
- Каким образом он вас мог обмануть?
- Когда он увольнялся, то мы специально спрашивали собирается ли он заниматься изысканиями. Нам было важно знать, уйдет он к конкурентам, или откроется сам. И он нам ответил, что изысканиями заниматься не планирует! А через неделю он, блять, становится директором фирмы!
- Нет, ну Вы тоже такие интересные! Чего вопросы дурацкие задаете? Кем должен работать Стас? Библиотекарем что ли? – хохотнула я.
- Мы его прямо спросили об этом! А он прямо ответил, что не планирует заниматься изысканиями! Он нас обманул!
- А почему он должен перед вами отчитываться? Вы ему больше не начальство.
- Он мог бы просто ответить!
- Да на хер ему вам отвечать? Вы, вообще, кто такие? Знаешь, похожая ситуация была с Мишей-альфачом, когда он только открылся. Прям те же самые слова и эмоции. Мне всегда было интересно, а кем Вы себя возомнили? Небожителями, или какими-то охуенно важными шишками, что все должны вам отчитываться о своих действиях?
- Ты же знаешь, что по поводу тендеров мы всегда договариваемся между фирмами, и делим заказчиков. Чтобы никто не загнулся, это нормальная практика. А тут Стас роняет цены и все идет по пизде! Вообще просто срет на какие-то правила и договоренности! Как сука себя ведет!
- Ну если группа лиц всерьез возомнила себя хозяевами на рынке, то это весьма трогательно. Но вот что-то я очень сомневаюсь, что при очередной заявке вы звоните Стасу и ставите его в известность о своем участии. Стас для вас никто, так… перхоть… шелупонь… Миша тоже раньше такую позицию занимал, это сейчас вы вроде договариваетесь, да и то, постоянно его кидаете.
- Стас все-таки не чужой человек, он у нас прилично отработал!
- Ха-ха! И что? Теперь обязан кланяться Вам до потери пульса? Не чужой человек, и поэтому вы его наебали как родного?
- Мы его не наебывали. Он неправильно понял!
- Ну да, в три раза бабки ему урезали, а он что-то не понял, ай-ай как же так? Молодец Стас, что всех вас через хуй кинул. Договариваются они… устроили кружок по интересам, хрен туда вклинишься. Это рынок, играйте честно, как все!
- Да хера он сделает за эти копейки, еще посмотрим какой он молодец!
- Так Стас сам работает, у него на фирме паразитов нет. Да и не жадный он, не привык еще к деньгам.
- Знаешь, чо, Петрова. – гаркнул Валера.
«Сейчас он меня высадит прям на ходу! Вот же никогда не могла вовремя заткнуться!» - подумала я с опаской.
- Что? – осторожно спросила я.
- Утешальщик из тебя просто никакой! Пиздец, какой говняный утешальщик!
- Не ломай комедию, ты прекрасно осознаешь, что вы Стаса наебали. Теперь он вас обломал с тендерами на намного большую сумму, и вероятно, обломит еще. Ты сейчас едешь и думаешь, вот заплатили бы чуваку честно, сидел бы он на попе ровно, и ничего бы этого не было. Сильнее всего человека бесят собственные ошибки, не так ли? Поэтому вы и пытаетесь убедить себя, что виноват кто-то другой.
Пока Валера остывал, я задумалась о том, что многие бывшие руководители никак не могут выйти из образа. Например, Мейер никогда не относилась к Мише-альфачу, как к ровне. Как бы Миша не усирался, в каких бы проектах не участвовал, все равно Мейер считала его холопом. В то же время Карпова, который был младше по возрасту и позже пришел в бизнес, Мейер воспринимала как человека равного по статусу, потому что никогда не была его прямым или косвенным руководителем. Я и Стас были точно такими же холопами, как и Миша. Как будто в голове Мейер и Валеры напротив нас стояла галочка: «хозяйское отношение использовать по умолчанию».
- Я слышала, что проект по «Зарянской» согласовали довольно легко. – прервала я тишину, заметив, что Валера успокоился.
- Да, верно. Кстати, это интересный парадокс. Венера настолько протрахала мозги чиновникам, что они ожидали наш проект с ужасом. А потом увидели, что проект вполне нормальный, с облегчением вздохнули и согласовали почти без замечаний.
- Забавно. Значит, она больше не приходит в офис?
- Ее наконец-то уволили.
- Да, она же работала на комбинате. Дошлялась по чиновникам до того, что на объектах начались массовые проверки. Ну ее начальник не будь дураком, заметил, что Венера очень любит греть уши, и стал при ней всякие байки рассказывать с серьезным лицом, что придумает, а что в интернете вычитает. Венера пойдет байку инспекции сольет, те срочно кидаются на объект нарушителей ловить, а там все чисто. Дураками-то выглядеть неприятно.
- Я знаю, что если инспектору надо, то он найдет массу нарушений.
- Да, их до сих пор штормит с проверками. А Венера ушла дальше, кошмарить очередное предприятие.
- Она опять работает на производстве. Я думала ее уволили по статье.
- Видимо нет, впрочем, я не знаю. Главное это безобразное животное больше у нас не появляется.
- Ну, а как твои дела семейные? Артур так и драконит своего сынка?
- Уже не драконит. Не выдержал Толмачев, купил ему квартирку недалеко от столицы, в обмен на то, что он оставит нас в покое.
- Мда, не перестаю поражаться этому ублюдку.
- Да, он уже нас всех обрадовал, что сам Миллер его приглашал устроиться в Газпром.
- А Толмачев ему точно квартиру купил, а не палату в дурке? Это бы объяснило историю с Газпромом.
- Пусть устраивается куда угодно, лишь бы мозги не ебал.
- О, ну это маловероятно. В столице нужно на что-то жить, так что я думаю он еще появится в вашей жизни.
После командировки я улетела обратно, и проекты для головного офиса разрабатывала удаленно. Сроки горели, Саша постоянно мямлил и телился с графикой, что чертовски меня нервировало.
- Саша, где разрезы? Ты мне обещал еще неделю назад! – возмущалась я в трубку.
- Завтра будут готовы. – блеял Саша.
- Да, нихера завтра не будет готово! Что ты врешь мне. Скажи уже, блять, точно, когда ты их доделаешь!
- Ну, еще пара дней…
- Эта пара дней уже третью неделю длится! Чем ты там вообще занят? У Мейер ведь нет работы!
- Да это все Клава… достала она меня, пиздец! Все делает неправильно, все за ней надо переделывать. Вот сижу и переделываю.
- Так уволь ее! Она же вообще не работник! Я не понимаю, какого хрена она делает столько времени в отделе?
- Я не могу. Это же я ее привел. Значит, я должен ее научить.
- Ничего ты не должен. Не хочет человек работать, пусть идет на хер. За все это время ни одного нормативного документа не прочла, ни единой методички.
- Я не могу. Я жду пока начальство ее уволит. Она все равно приходит в обед, пьет чай в бухгалтерии, а в пять уже домой. Это же не может бесконечно продолжаться.
- Долго будешь ждать. Ты же делаешь ее работу, начальство конечный продукт имеет. Все всех устраивает.
- Не знаю, я ее привел… Как я теперь, спустя столько времени, пойду и скажу Мейер, что она просто ничего не делала? А если Мейер меня спросит за что же мы платили ей зарплату, что я скажу?
- Знаешь, я бы могла позвонить Мейер и Клаву бы вышибли на следующий день. Но, понимаешь, я на фрилансе, мне это теперь делать не с руки, Мейер подумает, что я хочу отжать ее работу.
- Эх! – тяжело вздохнул Саша – Я тоже все как-то никак…
К концу марта Клавдия выродила свой второй проект, который я должна была проверить. Прошло больше года, и Заказчик этого проекта уже изошел на говно. Само задание было предельно простым, сухой отвал золошлака для небольшой котельной на руднике. Зола накапливалась в бункере, потом вывозилась самосвалами. Сам отвал уже давно существовал, но напоминал хаотичные насыпи. При проверке инспекция выдала предписания «причесать» этот свинорой, и придать более правильную геометрическую форму с обеспечением устойчивости откосов.
Открыв проект Клавдии, я узрила усеченную пирамиду Хеопса с трубопроводом и озером посередине, и сразу догадалась, что мадам на этот раз спиздила решения с золошламонакопителя какой-то ТЭЦ. Ввиду большого объема золы на ТЭЦ, перевозить ее самосвалами довольно дорого, потому применяют гидротранспорт и гидравлическое складирование в чашу, огороженную дамбами. Но для маленькой котельной, это не имеет никакого смысла.
- Клава, скажи, а какие насосы ты предусмотрела? – задала я ей вопрос по телефону.
- У тебя нарисован трубопровод, и пруд на отвале. Значит должны быть и насосы.
- Нет не должны, они просто так сливают.
- То есть ты хочешь сказать, что эта система у тебя самотечная, так?
- Хорошо, а как заставить воду течь вверх?
- Вот у тебя насыпь, высота 20 метров. Наверху пруд. Как туда подать воду самотеком?
- Так в методичке написано.
- В какой? Название скажи.
- Нууу, я уже не помню, но я точно видела.
- А ты была на объекте? Ты видела своими глазами чтобы они хоть что-то качали?
- Да, у них есть там трубы.
- Хорошо, зайдем с другой стороны, как у тебя зола поступает на отвал?
- Ну, так машинами же они возят!
- Так, а трубы и пруд им зачем?
- Потому что так в методичке написано.
- Бля, да в какой методичке. Пришли мне ее на почту! – разозлилась я.
- Может я что-то не так поняла… - отступила Клава.
- Да не читала ты никаких методичек! Ты взяла какой-то проект для ТЭЦ и скопировала оттуда описание, не так ли? Только у тебя не должно быть никакого пруда, ты хоть в задание-то загляни!
- Нууу… это Саша мне дал не тот проект! Ты мне дай какой надо, а я перепишу.
- Ну нет, так не пойдет. Это довольно простой проект. Тем более, аналога нет, сухие золоотвалы нам не попадались.
- Ну, вот еще! И что мне делать?
- Ты поняла, в чем ошибка? У тебя должен быть обычный сухой отвал, ты уже делала похожий в прошлый раз. Это почти то же самое, только характеристики шлака немного отличаются от породы.
- Да, я переделаю, только дай образец.
Я хорошо понимала, что Клава очень мало соображает в отвалах. Поэтому мы договорились, что я проработаю ее труды, и помечу, что оставить, что переделать, а что вообще убрать. Мне чудовищно хотелось послать ее к чертовой матери, но у меня была договоренность с Мейер. После этого проекта Мейер должна была выплатить последнюю часть долга, и я могла забыть о Клавдии навсегда. Поразмыслив, я решила пойти по короткому пути. Я потратила три дня на анализ ее писанины, прерываясь на матюки, прием успокоительного и избиение диванной подушки. В результате проект принял красный вид с кучей пояснений, обращений «Клава, добавь это и то», стрелочек и пометок. С чувством выполненного долга я отправила документы Клавдии на доработку.
Исправленный проект пришел буквально на следующий день, что меня весьма удивило. Открыв его, я увидела все свои пометки, обращения и стрелочки, но безо всякого выделения текста. Клавдия просто все сделала единым шрифтом и цветом, совершенно не читая мои замечания, о чем красноречиво говорили мои подписи: «Клава добавь таблицу с физмехом», «Клава убери этот абзац», «Клава приложи лабораторные анализы», которые красовались прямо в теле проекта. На чертежах Клавдия удалила трубопровод, и покрасила пруд в черный цвет, искренне надеясь, что враги его не заметят.
Трудно описать как у меня бомбануло от такого подхода. Трясущимися от злости руками я позвонила Клавдии.
- Клава, что это, мать твою, такое ты мне отправила.
- Ну, я все переделала, как ты сказала.
- Что ты переделала. Ты, блять, вообще читала, что высылаешь? Там же твое имя раз 50 встречается!
- Да? – удивленно ответила Клава - Ну, может я что-то пропустила…
Я нажала отбой, чтобы не слышать ее непринужденный тон, который будил во мне зверя. Немного походив по комнате и постояв на холодном балконе, я решила позвонить Мейер.
- Привет, я по поводу Клавдии звоню.
- Знаешь, я изначально не хотела этого разговора, но ради фирмы, в которой я столько времени отработала, не могу промолчать. Клава не проектировщик, вообще! Она ленивая, наглая, тупорылая бабища, которую надо гнать в шею!
- Чтобы не быть голословной, я тебе перешлю ее работу и мои замечания. Посмотри, если будет время. Ей нельзя доверить даже какую-то примитивную умственную работу! Ей похер, на заказчика, на фирму, на всех! Она просто угробит тебе репутацию компании. Если ты позволишь ей работать с Заказчиками, ты однозначно их потеряешь.
- Хорошо, я посмотрю и перезвоню тебе.
Через несколько часов раздался звонок от Мейер.
- Я все просмотрела, согласна, что ее надо уволить, но только пусть Саша скажет свое слово, она ведь его работник.
- Не думаю, что он будет против.
После разговора Мейер, я сразу же связалась с Сашей.
- Саша, я посмотрела проект Клавы, нахуевертила она там будь здоров! В общем, я психанула и позвонила Мейер. Она согласна ее уволить. Я переслала ей Клавины труды. Мейер сказала, что последнее слово за тобой. Так что жди вопроса.
- Хорошо, я все понял. Скажу все, как есть.
Прошел месяц. Мы с Сашей почти завершили проекты для головного офиса. Я уже начала размышлять, где бы еще набрать работы, и тут мне позвонил Герман.
- Привет Петрова! Как дела? Ты в столице, говорят?
- Привет! Ага, вот уроки сижу учу.
- О, как? Переквалификация?
- Она самая, а у тебя как жизнь?
- Да, не очень, рассылаем коммерческие, но все глухо. Пока ни одного договора не заключили.
- Хм, а как же свои люди прикормленные?
- Да, только обещаниями пичкают, но по факту ноль.
- Неужели вы три месяца без работы?
- Ой, у нас вообще жопа. Мы в прошлом году нормально подняли, но Карпов снял все бабки. Он накупил себе машинок, несколько любовниц завел, семью свою бросил, а на фирму болт забил. Прикинь, заплатил в январе спецам по 10 тысяч рублей, и это по итогам года! Кинул их короче, разумеется они все поувольнялись. Нас по факту вообще трое осталось, вместе с бухом, да и та приходящая.
- Да вот, черная полоса.
Мне очень хотелось узнать, дозвонился ли ему мент, и рассказал ли Герман про Бойко и его ручную контору, но я удержалась от вопроса. Пока Герман описывал свои бедствия я размышляла, что могло привести к такому резкому оттоку клиентов, но получить от него хоть какие-то сведения про службу безопасности мне не удалось.
- И как думаете выкручиваться из ситуации?
- Думаем регион сменить. Только, конечно, цены придется уронить. Кстати, я тебе чего звоню-то, тут два проекта есть, на два карьера. Ты же помнишь, что я свою фирму открыл? Вот думаю взять их в обход Карпова. Глянешь тех.задание?
Получив ТЗ, я увидела, что карьеры принадлежат небольшому предприятию стройматериалов под названием «Промстрой» (название изменено). На этом предприятии ранее работал Герман, немудрено, что раскручивать новую фирму он решил с хорошо знакомого ему объекта. С «Промстроем» мы работали несколько раз, и я хорошо знала производство. Прикинув объем работ и посовещавшись с Сашей, я перезвонила Герману.
- Посмотрела я задание, Герман, сделаю за полтора миллиона оба проекта.
- Окстись, Петрова! Я же не Мейер! Откуда такие цены? – возмутился Герман.
- Есть конкретный объем работ, у которого вполне определенная цена.
- Я же только открылся!
- Полагаешь, моих спецов это утешит? Им без разницы, Герман.
- Хех.. – вздохнул Герман – Что мне в тебе нравилось, так это конкретика. Эта работа стоит столько-то и точка.
- Понимаешь, я лучше сделаю один нормальный по цене договор и буду отдыхать, чем три дешевых без отдыха. Да и потом, как только ты согласишься работать за копейки, никто тебе серьезных денег не даст.
- Да, может ты и права… Есть еще один момент. Ты же понимаешь, там в «Промстрое» каждый свою фирму пихает. Ты же знаешь там Марину? Можешь ей позвонить?
Марина в «Промстрое» работала в отделе ПТО. Это была сексуальная брюнетка, с красивыми серыми глазами. Она очень просто и откровенно общалась, из-за чего порой казалась мне странной. Германа она ненавидела всеми фибрами своей души, а любила… Храпунова, и являлась очень близким ему человеком. Пиарить фирму Германа и договариваться с заказчиком мне совершенно не хотелось, потому что мне была более выгодна нейтральная позиция исполнителя безо всяких финансовых махинаций. Но я хорошо знала, что диалог у Германа с Мариной не получится. Прикинув, что с работой может возникнуть пробел, я решила, что Марине все-таки строит позвонить.
- Договориться с Мариной? – переспросила я.
- Да, ты же знаешь, мы с ней вообще не контачим. – замялся Герман.
- Знаю. Хорошо, я позвоню Марине. Я так понимаю, ты хочешь ей предложить откат?
- В каком размере?
- Эээ.. ну я не знаю. Как думаешь?
- Думаю, штуку баксов надо предложить. – ответила я, сориентировавшись на ставки Мейер.
- Хорошо, скажи, что если мы победим, то она все получит как обещали.
Я отключила Германа и нашла в списке номер Марины.
- Марина, привет! Это Петрова. Как дела?
- Да, ничо, пашем, ты как?
- Тоже работаю. Я к тебе по делу. Я слышала, что вы там два проекта хотите на карьеры.
- Герман мне предложил принять участие в разработке. Они готовят для Вас коммерческое.
- Герман. Он же долбоеб. – возмутилась Марина.
- Может быть и долбоеб, но зато с деньгами расстается легко. К тому же исполнителем буду я, а не Герман. И я тебе звоню, чтобы заложить в коммерческое твой «интерес».
- Сколько? – Марина перешла сразу к делу.
- Давай, полторы! И мы будем за эту фирму руками и ногами.
- Погоди, сейчас с Германом согласую и перезвоню.
Я набрала номер Германа.
- Герман, она хочет полторы штуки.
- Блять, охуевшая! Ну и аппетиты!
- Она торгуется, Герман, у нее есть другие предложения. Ты согласен или нет?
- Пусть она тогда скажет, какие цены в других коммерческих!
- Знаешь, что? Звони ей сам и ставь условия! – разозлилась я, сожалея, что ввязалась в это дерьмо.
- Ладно, пусть будет полторы. – капризно произнес Герман.
«Блин, я договариваюсь о совершенно чужих деньгах, и еще выслушиваю какие-то претензии! Надо было сразу отказаться!» - подумала я и перезвонила Марине.
- Герман дал добро. Будет полторы.
- Хорошо, но у нас есть еще коммерческое Мейер, и она уже три раза приезжала.
«Бляяя, ну еб твою мать, Герман! Знал же, скотина, и не сказал мне! Еще не начали работать, а уже подстава! Мейер мне еще по проектам денег должна… А Саша? Неужели не знал, что на «Промстрой» ушло предложение? Тоже в тряпку промолчал. Сука, что за люди. Все хотят и заработать и чистенькими остаться!» - неприятные мысли наполнили мою голову.
- Мейер? Я не знала… Мне она эту работу не предлагала, так что у Мейер исполнителем буду точно не я. Кто и как будет разрабатывать… ничего не могу сказать.
- Да, я слышала, что ты ушла из компании.
- Так и есть, я сейчас на фрилансе и работаю с разными компаниями, в том числе и с Мейер.
Я попрощалась с Мариной и нажала отбой, настроение было подпорчено. По факту я пыталась переманить Заказчика у Мейер, совершенно об этом не догадываясь.
«Блять, развели как котенка! Все не при делах, только Петрова в жопе!» - подумала я с досадой.
Мои мысли прервал запищавший смартфон, я увидела входящий от Мейер и поняла, что эта сука, Марина, моментально сдала меня с потрохами.
Рад конструктивной критике)
Читаю, и слеза катится, по небритой.Все, все жизненно. И тупые курицы, получающие нехилые оклады. И мямли "ну как я его уволю, мы с ним с дет. сада вместе". Вася, твою налево, он в рабочее время, накуренный, звонит на производство, и доводит мастера. Если от нас мастер уйдет, нам закрываться можно. Ну. Я ему скажу чтобы так больше не делал. "
@tripapupki Когда уже новая часть? Заждались что-то мы.
Получается, Марина позвонила Мейер, назвала сумму отката от Германа и решила поторговаться что ли?)
куда же пропала наша трипапупочка. мы уже все извелись, ожидая очередную серию СКЛ.
У меня только один вопрос. Как эта конторка с начальником-идиотом до сих пор существует? На своей практике уже было подобное, как только работники начали уходить - руководство свыше мигом выперло начальника филиала, еще потом звонили, просили вернутся.
Петрова, не переживай ты так, сидеть на двух-трех стульях для фрилансера нормально, иногда они этого даже не подозревают.
Следующая часть как обычно через неделю-месяц?
Отличный накал страстей, я уж, грешным делом, подумал, что такого уже не будет.
Сцук, вчера нашел пост в горячем, прочел за рабочий день весь сериал, вместо работы. Жаль, что скоро кончится. Автору - спасибо, интересно.
зато Клавин проект переделывать не надо будет xD
Да что же у вас там за мудаки все поголовно. Ей богу. Неужели в этом бизнесе совсем нет нормальных порядочных людей?
Мадемуазель Петрова -Tripapupki! Hарод переживает в недоумении. Что с Вами случилось? И Бог уже с этим СКЛ да не , чур меня. СКЛ - форева! Hо подайте хоть признаки жизни.
Отлично, жги, Петрова!
Сдаётся мне, Петрова после этого остаток своей суммы от Мейер уже и не получит. Это ж такой шикарный повод чтобы кинуть.
Петрова, где продолжение.
трипапупки, где наше скл?
о, а эта глава отличная, пошла движуха)))
Надо это запомнить. У меня есть родственник, который вот также как Валера психует и никак не хочет признавать свои ошибки. Теперь у меня есть для него волшебная фраза )))
Эх, заново перечитать все 60+, что ли.
блин, когда следующая часть? уже почти месяц прошел с последней публикации!
@tripapupki, 29 дней без новостей! это жестоко!
Какое то сплошное блядство на рынке проектирования творится. Вроде бы не 90е, должно все устаканится без кидков и хапуг, но что то пошло не так.
До чего же у меня бомбит от этой Клавдии. Спасибо Петрова!
Хоспаде, ну низзя жи заканчивать на самом интересном, @tripapupki, стоит сегодня ждать еще одну часть?
Очень классно! За 2 дня все прочитал,пришлось даже зарегистрироваться что бы выразить свое восхищение.
я чот про Клаву не понял. Она проектировщик какого раздела, м? Реальность такова, что в проектировании объекта участвуют несколько специалистов, например, архитектор, конструктор, технолог, электрик, специалист по отоплению и вентиляции (ОВ), специалист по водоснабжению и водоотведению (ВК), а также есть еще разделы ПОС, ГП, ООС и куча экзотики еще. Как все это на Клаву скинули мне очень интересно. Золоотвал, конечно, не дом культуры, но тут, как минимум должны были быть в команде конструктор, технолог и генпланист. Чертить за эту троицу один человек не сможет. Пиздежом попахивает ситуация
Ну когда же, когда продолжение? Так интересно, что же будет дальше! Прочитала всё с первого до крайнего поста взахлеб)
ух ))) в конце очень напомнило то с чего вы начинали. в тот момент когда вам позвонила Мейер у Вас не было "того самого" ощущения,которое вы испытывали только устроившись студенткой? ) будто все вернулось к началу,хоть это видимо и завершение? )))
"Марине все-таки стРоит позвонить." даже оговорки у вас профессиональные =)
По этой серии постов, скоро можно будет сделать гайд по вводу в проектную деятельность.
Когда будет продолжение?
мы все ждем продолжения :)
@tripapupki, скажите, а Дима из серии о Френдзоне в СКЛ вообще не упоминается, или это кто-то под другим именем?
Петрова давай еще ))
Спасибо за новый рассказ, как же хорошо что пару недель назад появились силы начать его читать. :D
Как всегда, превосходно!
вангую что она 2 года будет фрилансить и потом пойдет начальником в головной офис крупной добывающей компании
Ты всё никак не упадёшь?
карьера, собссно, закончена. теперь свободное плаванье )
Автор! А в каком городе, если не секрет происходят события? Хотя бы регион, область.
Спотыкаясь на карьерной лестнице (Часть 47)
В офисе Карпова я распечатала и собрала материалы проекта по месторождению "Центральное", составила сопроводку, и сама оттащила все это в отдел капстроя Заказчика. Герман ни в коем случае не отказывался мне помочь, но реально дождаться его помощи было невозможно. Он уверенно говорил: «Конечно, я все сделаю», но потом следовала череда чрезвычайно убедительных отговорок и уважительных причин.
На улице стояла жарища. Я заползла в офис и плюхнулась в свое кресло. Открыв программу с календарем, я смотрела, какие дела у меня запланированы на сегодня. Я давно уже ничего не держала в голове, все разговоры и совещания записывались на диктофон, дела сразу вносились в электронный календарь, который синхронизировался с ноутбуком и телефоном. Если я что-то не записывала, то буквально через пару минут забывала об этом навсегда.
Звонок из экспертизы прервал мои занятия по планированию. Звонили с вопросами по проекту Жени. Сроки рассмотрения проекта вышли, но экспертиза как всегда опаздывала.
- У меня тут масса замечаний. Тебе надо приехать. – говорила эксперт из трубки.
- Ты извини, я сейчас только из отпуска вернулась, ты меня уже искала, да?
- Нет, я только сегодня начала смотреть, и вот, у меня куча вопросов.
«Ага, значит срок вышел, а они даже и не начинали смотреть» - подумала я.
- А что за вопросы? Какие-то документы надо довезти?
- Да мне непонятна корректировка календарного графика. У них что объем добычи так и остался 2 миллиона?
«Бляяя, она смотрит мульку! Она смотрит не тот проект. » - меня прошиб холодный пот.
- Эээ.. я.. слушай, я не помню точно что там, ммм… столько времени прошло. А давай мы сейчас приедем, а? И на месте посмотрим! – заикаясь, промямлила я.
- Хорошо приезжайте, только быстро.
- Скоро будем! – я бросила трубку второпях.
Я подошла к Жене и спросила:
- Женя, будь любезен, ответь мне, ты поменял проект в экспертизе, как мы договаривались?
- Ааа, ну я его сделал, да. Потом поехал к ним, а им титульник не понравился. Ну сказали переделать. Ну я переделал, вот он валяется.
- Ты должен был поменять проект на второй день моего отпуска! Ты хочешь сказать, что он месяц у тебя просто провалялся.
- Не, ну я привез, они сказали титульник меняй! Мне оно надо, туда-сюда бегать? Я что им мальчик что ли?
В этом был весь Женя. Именно поэтому я не хотела его включать в состав проектной группы. Он имел дурную привычку в самые неподходящие моменты включать свое ЭГО. То он отказывался ехать на объект, то у него какие-то посторонние дела были в рабочее время, то Заказчик с ним разговаривал без уважения и поэтому Женя не брал трубку. По какой-то причине Женя считал, что он делает всем нам огромное одолжение, работая в этой фирме. Иной раз к работе он относился как-то брезгливо, как к грязной жирной кухонной тряпке.
- Ты что несешь. Ты в своем уме, вообще. Ты хоть представляешь, что будет если в экспертизе поймут, что я им подсунула липу?
- Ой, да пошли они! – Женя закатил глаза.
- Ты сам сейчас пойдешь! Еще я из-за такого дерьма не подставлялась! Надо было тебе сразу влепить штрафные, пожалела мудака. Собирайся, блять. – я со злостью швырнула том проекта Жене на клавиатуру.
Пока мы ехали в управление я лихорадочно соображала, что я буду говорить в экспертизе. В голове была мешанина, я была в ярости. Женя благоразумно молчал. С экспертизой у нас были своеобразные отношения. Мейер постоянно заносила начальнику экспертизы конверт, но, разумеется, он ни с кем не делился. Толку от этого спонсорства не было совершенно никакого. Сроки выдачи заключений стабильно просирались. Нам постоянно в последний день выставлялось овердохуя замечаний, которые мне как Золушке надо было все устранить к утру, иначе отрицательное. Эта постоянная демонстрация власти уже откровенно меня достала.
Чтобы не плодить себе конкурентов, начальник экспертизы сформировал себе отдел из тупых куриц, которые экскаватор видели только на картинке, и не имели практического представления о горных работах. Я изо всех сил пыталась поддерживать с ними приятельские отношения, терпеливо объясняла элементарные понятия, таскала им всевозможную профессиональную литературу, сдерживала себя, чтобы не разораться, но все было тщетно, никакой положительной динамики.
- А ты не хочешь к нам в отдел перейти? – спрашивали меня девочки в экспертизе.
- Хмм. Даже не знаю, у Вас такая сложная работа, постоянное нервное напряжение.
И это была чистая правда. Ведь главное правило госслужащего: «не подставить свою жопу». Им постоянно приносили такие проекты, что при проверке легко можно было тронуться умом. Какие-то чудовищно оформленные планы, совершенно непонятные тексты, левые расчеты, голые цифры без указания размерностей, в тоннах или в кубах, совершенно непонятно. Для меня проверить весь этот кал было очень тяжело. Стоило мне только приоткрыть подобный проект, как какие-то голоса шептали в ухо: «Вышвырни его в окно! Пусть он вышибет стекло и вылетит нахуй из кабинета. Он не должен тут находиться!». Но конторы-однодневки несли проект за проектом в отдел, и конверт за конвертом начальнику, и эксперты, давно привыкшие к своей работе, проверяли их автоматически.
Более-менее грамотные специалисты в этом отделе не задерживались, потому как не хотели согласовывать говенные проекты по требованию начальника. Но девочкам было уютно, потому как они все равно не понимали сути проектов, задавая каждый раз совершенно хаотичные вопросы, и выставляя рандомные замечания. Начальник экспертизы быстро понял, что Мейер можно доить, и поэтому частенько звонил ей, поливая наши проекты дерьмом, и в красках описывая, как он рискует своими сединами. Он набивал себе цену, а Мейер его внимательно слушала. И поэтому нашей фирме выставлялось по пятьдесят замечаний и выебывались мозги напрочь, остальные же конторы согласовывали проекты без каких-либо проблем.
- Да, работа у нас сложная! Но зато она важна! – отвечали девочки-эксперты.
- Ну да, только зарплата мизерная. Я порой не понимаю, ради чего Вы тут сидите вечерами.
- Да, денег мало, но зато у нас власть в руках! – с горящими глазами отвечали девчонки – Мы можем взять и запретить работу целого предприятия!
«Ага, хуй там плавал! Вы даже говенный проплаченный проект не можете отклонить. А чуть вякнете, так шеф Вас быстро сольет!» - подумала я.
Мы с Женей вошли в отдел экспертизы и сели перед столом Ульяны, которой отписали наш проект.
- Я тут вчера смотрела проект, ничего не поняла! – возмущалась Ульяна. – У меня столько вопросов!
- Так мы сейчас все объясним! – ласково ответила я – Можно вопросы посмотреть?
- Да, вот перечень. Вообще, я думаю, что выдам отрицательное, потому что уже давно срок вышел.
«Пиздец, мы оплачиваем отрицательные экспертизы…» - мрачно подумала я.
- Да, срок вышел, Ульяна. Уже 10 дней назад вышел. Скажи, а почему ты сейчас выставляешь мне 48 замечаний, а? Когда срок вышел. Где эти замечания были раньше?
- Ты же знаешь какая у нас загрузка! Мы ничего не успеваем!
- Да, проект у Вас тупо провалялся, его никто не смотрел, а теперь ты быстро составила 48 замечаний и до свидания? А что я должна сказать Заказчику, который мне телефон оборвал? Что экспертиза просрала сроки и теперь отклоняет проект, потому что не хочет вникать? – разозлилась я.
- Ну Вы наглые! Вы пользуетесь нашей дружбой уже безо всякой меры! – скривила лицо Ульяна.
- Дружбой? А в чем выражается Ваша дружба? Вот что интересно, этот проект уже проходил у вас согласование 8 месяцев назад. Это предприятие постоянно свой график корректирует. Так вот, в прошлый раз проект разрабатывала я, но согласовывал его сам Заказчик. И знаешь, что? Согласовали без единого замечания и очень быстро! Что изменилось в законах за 8 месяцев? Как так может быть, что в прошлый раз не было замечаний, а сейчас их 48! Это ваша дружба? Объясни мне, пожалуйста!
Женя смотрел на меня как на безумную, потому что на экспертизу мы еще ни разу не наезжали открыто.
- Этот проект согласовывала не я! – защищалась Ульяна.
- А мне все равно кто из Вас его согласовал! У меня нет к вам личного отношения, Вы все для меня представители учреждения. Ваше учреждение согласовало этот проект без замечаний, а сейчас 48 вопросов. По какой причине?
- Ты задаешь некорректные вопросы! На что ты намекаешь.
- Ни на что. Я спрашиваю, почему, когда проект согласовывает Заказчик, то замечаний нет, а когда его приносим мы, то возникают вот эти папирусы с бесконечными вопросами. Ульяна, я ведь работаю с разными проектными фирмами и знаю, что у них нет таких проблем.
- Проектировщики в конец оборзели! Мало того, что свои дерьмовые проекты приносят, так еще тут скандалы устраивают! – на помощь Ульяне пришла ее коллега.
- Ах, дерьмовые проекты! Хорошо, давайте пойдем по вашим вопросам! – меня от злости уже капитально понесло – Читаю: «В проекте указано, что погрузка пород в вагоны-самосвалы думпкары осуществляется погрузчиком, но не указано чем осуществляется разгрузка думпкаров». Вы это серьезно?
- А что? Покажи, где написано, чем осуществляется разгрузка! – ткнула в том проекта Ульяна.
- Ну, раз погрузка – погрузчиком, то разгрузка – разгрузчиком! – пошутила я.
- Это же надо все описать!
- Почему вагон-самосвал думпкар называется вагоном-самосвалом? – спросила я экспертов.
- В смысле? – хором спросили эксперты.
- В прямом! Вы видели когда-нибудь думпкар? Видели, как он работает? Он опрокидывает кузов. Сам сваливает. Поэтому называется само-свал.
- Это надо расписать. – настаивала Ульяна.
- Я не собираюсь это расписывать! Вы хотите, чтобы предприятие обоссалось от смеха? Или подумало, что в нашей фирме дауны работают? Девчата, Вы, конечно, можете на меня обижаться, но я Вам скажу честно, я в каких только управлениях не была, и в столичных, и в совсем удаленных периферийных, но таких тупых вопросов мне еще никто не задавал! Все вопросы строго по делу! У Вас же пройти согласование тяжелее всего!
Эксперты застыли с открытыми ртами, Женя спрятался за обратной стороной монитора Ульяны, а меня потряхивало от адреналина. Начальник отдела сидел в кабинете и все прекрасно слышал. Ведь это он согласовывал предыдущий проект без замечаний. Но начальник предпочел притворился ветошью и на помощь своим подчиненным не спешил. Воспользовавшись МХАТовский паузой, я поменяла проект на столе Ульяны на настоящий, и сказала:
- Поскольку сроки у нас давно просраны, Заказчик нас заставил еще раз переделать календарный план, и из-за Ваших проволочек мы не смогли ему отказать. Вот проект с изменениями, вот электронная версия на диске. На эти 48 вопросов мы ответим, завтра приедет Женя и будет все объяснять. Если будет отрицательная, я думаю, что Заказчик пойдет в прокуратуру, предприятие уже в бешенстве из-за сроков.
Я забрала мульку, и пошла с Женей на выход.
- Только в 9 утра, чтобы Женя был тут! – крикнула мне в след Ульяна.
- Будет, как штык! – скорчила я грозную физиономию.
«Омг, что-то Остапа в этот раз капитально понесло! Зачем же я так-то? Чо-то прям из себя вышла… Блин, как же я теперь туда пойду?» - роились в моей голове мысли, когда мы вышли на улицу.
- Что-то ты Петрова, вообще не в себе! – подал голос Женя.
- Ты лучше заткнись! – гавкнула я в ответ.
- Да Вы там как базарные бабы себя вели.
- А что же ты прятался под столом? Вышел бы в середину кабинета, снял штаны, потряс бы мудями. Пока они на тебя бы смотрели, я бы мульку на проект заменила.
- Я думаю они уже Мейер на тебя пожаловались.
- Скорей всего. Значит так, ты завтра берешь пачку хорошего чая, качественные конфеты и идешь к ним за положительным заключением. Добрый-злой полицейский смотрел? Вот завтра расскажешь им какая ебанутая, и как со мной тяжело работать, и как тебя оштрафуют. Что хочешь говори обо мне. Улыбайся, расточай комплименты, дави на жалость, но получи положительное заключение.
- Ну и методы у тебя.
- Есть такой старый совет: "Если вы в гостях пролили соус на скатерть и хотите, чтобы все быстро забыли об этом конфузе, - встаньте и громко назовите хозяйку пиздой!" - улыбнулась я, и добавила. - Ну, а что? Ираиде можно быть ебанутой, а Петровой нельзя что ли?
Женя был прав. Мейер уже позвонили и пожаловались. Это был разрыв шаблона. Никто еще так хамски с экспертизой не разговаривал. Мы застали Мейер и Валеру смеющимися от души.
- Ну, Петрова ты жжошь! Они уже позвонили нам и плакались, что ты сказала они тупые и никому тут не нужны! – хохотал Валера.
- Я этого не говорила, но подразумевала.
- Мда, наконец-то хоть кто-то им высказал это в лицо. Они чесслово уже заебали нас! Хотел бы я на эти рожи посмотреть!
- Да уж, это только Петрова могла себе позволить сказать им такое! – улыбнулась Мейер.
- Думаешь, последствий не будет? – спросил Валера.
- Каких последствий? Они итак ебут мозги нам с каждым проектом, куда уж хуже? Конечно, они могут отказаться от наших ежемесячных дотаций, но я не думаю, что вы сильно расстроитесь. Впрочем, это маловероятно. – ответила я.
Вечером Женя сидел отвечал на этот бесконечный перечень вопросов и тяжело вздыхал. Как только я вышла в туалет, он быстро собрался и свалил домой. Вернувшись, я заметила, что его компьютер включен и проработано только 9 вопросов. Я позвонила ему на мобильный, но абонент оказался вне зоны. Я подождала час, предполагая, что он мог поехать в супермаркет за едой, или домой поужинать, но телефон по-прежнему был вне зоны, и Женя не возвращался. Зная, что этот вопрос с экспертизой для меня принципиален, и мою обязательность, Женя просто кинул меня, свалив домой. Выматерившись, я просидела до утра, отвечая на тупые вопросы вместо Жени. В восемь утра мне удалось до него дозвониться.
- Я скоро буду! – ответил Женя вместо приветствия.
- Через час ты должен быть в экспертизе.
- Да я знаю. Только я не на все вопросы ответил.
- Я ответила на эти вопросы вместо тебя, забери ответ в офисе. – без эмоций ответила я.
- Ааа, ну это отлично, чо!
После обеда Женя вернулся в офис и торжественно положил мне на стол положительное заключение.
- Классно. – безразличным тоном ответила я – По этому проекту ты будешь оштрафован, за халатное отношение к своим обязанностям.
- Что. Как? – искренне удивился Женя.
- Ты вроде не идиот, а тупые вопросы задаешь. Это ты у экспертов научился?
- Все же нормально вышло, вот заключение.
- Я вижу до тебя не доходит смысл. Ничего, через карман все быстро дойдет. Размер штрафа определит Мейер.
Услышав слово «штраф» Клава напряглась, закрыла фильм и открыла свой проект.
- А твой шедевр, когда я увижу? – обратилась я к Клавдии.
- Эээ.. ой.. а у меня еще не все готово.
- У тебя срок был конец апреля, а я сейчас уже июль.
- Да они… просто трубку не берут, я им дозвониться не могу!
- По какому номеру ты звонишь?
- Нуу эээ.. тут вот… где-то был записан… - Клава стала перебирать многочисленные записочки.
- Клава, мы с Сашей ездили на этот объект на обследование. Потом этот проект передали тебе. Ты им хоть раз звонила?
- Да, конечно звонила.
- И кто там ответственное лицо по проекту?
- Эээм.. ну я с девушкой говорила. – уклончиво ответила Клава.
- С какой девушкой? О чем говорила?
- Эээ.. ну я не знаю кто она… секретарь наверное. мы говорили про проект, ну что там им разрабатывать – врала на ходу Клава.
- Надо же, какой общительный секретарь тебе попался! Ну вот через два дня будет общее собрание, там Мейер и расскажешь про секретаря.
Я отвернулась к своему компу и услышала, как затрещала клавиатура у Клавы и как защелкала мышь.
«Надо же, как редко я слышу эти звуки, даже слух режет!» - подумала я.
Потом мне позвонили с комбината, у нас был договор на обследование, и я запрашивала у них съемку западного участка промплощадки. Выяснилось, что съемку у них уже несколько лет не проводили, и я предложила им наши услуги. Мы договорились, что я пришлю им коммерческое и мы составим доп.соглашение к договору. Поскольку Саши не было в офисе, я позвонила ему на мобильный.
- Саша, тут я по съемке договорилась на комбинате, площадь большая 3500 га. Там у них шламоостойник, шлакоотвал, прудки, промплощадка, ну вспомни, мы с тобой там были. По сборнику цена космическая получается. Скажи, сколько нужно тебе на группу зарплаты, чтобы это отснять?
- Ну даже не знаааю. Там месяц надо потратить. – промычал Саша.
- Да какой месяц! Ты месяца три провозишься. Там у них еще загазованность сильная, долго невозможно на территории находиться. Давай на три месяца цену говори.
- Тогда где-то полмиллиона на всех.
- Полмиллиона наличкой? То есть, на руки? – уточнила я.
- Ок, тогда мы с Мейер допик делаем. Планируй поездку.
Я положила трубку и стала прикидывать коммерческое.
- А можно мы тоже как-то в съемке участие примем? А то такие суммы фигурируют! – спросил Женя.
- Да, мы тоже хотим поехать! – поддакнула Клава.
- Нет, никто из вас туда не поедет. – отрезала я.
- Ну почему? – хором спросили Женя и Клава.
- Почему? – я развернулась в кресле – Потому, что Вы наплевательски относитесь к работе. Жене нахрен ничего не надо, у него есть дела поважнее. Клавдия и вовсе уверена, что мы тут херней занимаемся, проекты переписываем со старья.
- Ну это же не объяснение, мы такие же работники, как и остальные! – возразил Женя.
- Хорошо, хочешь ездить на съемку иди выучись на геодезиста. Положишь мне корочку на стол и можешь ездить с чистой совестью. Вас вообще не смущает, тот факт, что вы никогда не ездили на съемку и ни черта не умеете?
- Водитель тоже не умел. Но ездит ведь! – не сдавался Женя.
- Да, его Саша научил. Но, оплата у него за съемку не столь высока, он же простую работу выполняет. Хотите поехать на съемку вместо водителя – езжайте. Осталось только договориться с Сашей, чтобы он обучил, и снять с вас проекты.
- Почему это мы должны отдавать свои проекты? – спросила Клава.
- Потому что их будет кто-то другой делать, пока вы будете болтаться на съемке. Ребят, у вас есть работа, так сидите работайте! В чем проблема? Вы оба просрали сроки, и еще пытаетесь мне тут права качать? Я вам бля, не Саша, и не собираюсь за вас проекты молча доделывать! Спасибо, прошлой ночи мне хватило! Если Вас такая работа не устраивает, так я вас тут и не держу!
Я оставила недовольных передовиков производства, и пошла к Мейер оформлять коммерческое и доп.соглашение. Близилось собрание, и мне надо было с Мейер кое-что обсудить.
Спотыкаясь на карьерной лестнице (Часть 42)
Разъезжая по филиалам и разглядывая весь этот пиздец, что там творится, общаясь с простыми людьми на производстве, я понимала, что надо пытаться изменить эту ситуацию. Сидя на совещаниях, я увидела, что между руководством компании, которое осуществляет финансирование, и, скажем так, исполнительной властью (директорами предприятий), есть одна нестыковочка. Директорам нужны были средства на ремонты, реконструкции и замену оборудования, но поскольку финансирующая сторона сидела в офисе и не видела всей этой разрухи воочию, то проплачивала всякую «ерунду» весьма неохотно.
Первоначально мы замутили отчет наподобие оценки тех.состояния производства, привели показатели, степень износа оборудования, потери, оформили все это в графиках, добавили несколько фотографий гнилых труб, протечек, раздолбанного оборудования и поехали на очередное совещание. На этом совещании мы говорили об одной из обогатительных фабрик, которая, откровенно говоря, разваливалась прямо на глазах. Необходимо было останавливать производство и готовить объект к реконструкции. Аварии случались каждую неделю, и уже были нормой. Я выступила с презентацией, показала графики, процентовку простоев и потерь, но публика принимала эту информацию, зевая. Цифры и буквы никому не были интересны. В конце презентации я показала несколько фотографий, и увидела, что фоточки с разрухой зашли на ура.
После моего выступления Шустов задал короткий вопрос:
- Сколько лет мы еще отрабатываем это месторождение?
- Семь. – послышался ответ.
- Семь… значит никакой реконструкции не будет. Семь лет это производство еще продержится. – отрезал Шустов.
«Боже мой, как цинично и потребительски…» - пронеслась мысль в моей голове.
Я впервые посмотрела на производство глазами Шустова, и не могла с ним поспорить. Конечно, это ведь действительно не рентабельно вкладывать средства на какие-то семь лет. Через семь лет все это будет распилено на металл, и городок постепенно умрет. Люди останутся без работы, квартиры обесценятся, инфраструктура городка придет в упадок.
Мои грустные размышления прервал звон мобильника Шустова.
- Когда? – спросил Шустов.
- Как это произошло?
Шустов нажал отбой и с мрачным видом произнес:
- Еще один смертельный случай, только что…
У меня застучало в висках от напряжения, в одном из филиалов этой компании работал мой брат, причем на самом опасном участке - на проходке. Я смотрела на Шустова не моргая и не дыша.
- Стропальщик сорвался с высоты, умер на месте. – пояснил Шустов.
«Не он. Фуухх, это не он! Не он. » - я закрыла глаза и почувствовала, как по щекам разливается жар.
Открыв глаза, я увидела, мрачные лица и склонившиеся головы.
- Так! Чтобы везде проводился инструктаж по правилам! – орал Шустов – Чтобы работники были обеспечены полным набором СИЗ! Я сам буду выезжать на производство, увижу несоответствие, сразу руководитель получит волчий билет!
«Волчий билет… как будто парнишку воскресит Ваш волчий билет!» - подумала я.
После этого совещания у меня появилась мысль сделать, красивый иллюстрированный отчет с фотографиями производственных руин и простым понятным описанием, что там произошло и почему, чтобы Шустов не утруждал себя длительными командировками. Много читать все равно никто не любит, а вот смотреть отчет, который похож на журнал дискавери совсем другое дело. Мы отправились с Сашкой на фабрику, сфотографировали там все места с отсутствием ограждений, все протечки и разрушения, подтопленные высоковольтные линии, разрушенные фундаменты, последствия неработающей вентиляции, отсутствие проездов, заброшенные аварийные емкости, частично затопленные машинные залы и прочую «красоту». Описав все нарушения простым доступным языком, сославшись на пункты требований промышленной безопасности, добавив уже готовую аналитику из первого отчета я отправила материалы напрямую Шустову и остальным заинтересованным лицам.
- Классный отчет! – заявил Валера – Я все картинки посмотрел и всё прочитал!
- Я рада, что он тебе понравился, я старалась! – улыбнулась я.
- В головном офисе впечатлились, фабрике-то походу пизда, гы-гы-гы!
- Да, она дышит на ладан.
- С головного планируют лететь фабрику смотреть.
- А что директор фабрики?
- Рад до усрачки, что внимание обратили! Ему же не хочется увидеть небо в клеточку. Теперь, глядишь, выделят средства на реконструкцию, и проект закажут.
- Хорошо бы – улыбнулась я.
- Но главное! У нас уже три заказа на подобные отчеты! Так что надо прикинуть сметы! – Валера радостно потер ручки.
Так у нас появился новый вид деятельности: мотаться по объектам и выдавать отчеты на основании визуального обследования и анализа производственных показателей. По возможности я старалась воткнуть в договор съемку и лабораторные исследования. Это новая деятельность была нелегкой, потому как вытащить адекватные данные у производственников это еще надо очень постараться. Об авариях они молчали как партизаны, цифры присылали какие попало, приходилось на каждом объекте проводить целое детективное расследование, чтобы выяснить какое подразделение нас наебало с данными.
Я тесно сотрудничала с головным офисом: постоянные совещания, командировки, переписка с гос.органами. Я дошла до того, что сначала писала крючковатые запросы чиновникам от предприятий, а потом выслушивала жалобы этих же чиновников на хитрожопость предприятий, и помогала писать ответы. Фактически, я переписывалась сама с собой, и мне это уже было совершенно неинтересно. Через некоторое время я прониклась внутренней атмосферой этой крупной компании, и главными правилами: «не выходить за рамки своих обязательств» и «ставить свою подпись только в крайнем случае». Я ощутила, что меня слишком много везде. Слишком часто звучит моя фамилия, слишком много вопросов со мной связано. А что будет, если совершу какую-нибудь серьезную ошибку?
Когда ты на пике популярности, то надо уметь вовремя остановиться. Красиво сойти с дистанции, пока не облажался. Эта мысль посетила меня в 4 часа утра, когда я, сидя дома оформляла очередной отчет. Я повернула голову вправо и увидела в зеркале бледное измученное лицо.
- Четыре часа утра, ты работаешь, и к домику в горах Швейцарии ты не приблизилась даже на миллиметр. А на горизонте уже маячит тридцатник… - сказала я отражению в зеркале.
Я захлопнула ноутбук, не доделав работу, и рухнула спать. Проснувшись от звонка будильника в 10 часов, я осознала, что хочу нормально выспаться и мне вообще похуй, что там происходит на работе. В офисе я появилась только в три часа дня.
- А к тебе с цементного завода приходили, я тебе не дозвонился – сказал Саша.
- А я телефон отключала, занята была. А цементный завод я вообще не приглашала.
- Да они так пришли, хотели что-то там узнать, ждали тебя, потом уехали.
- Так им и надо, нехер падать как снег на голову. Достали уже, прутся без приглашения, долбанный проходной двор. В следующий раз догадаются, позвонить и договориться о встрече! – пробурчала я.
Саша посмотрел на меня как-то странно. Под конец рабочего дня ко мне зашел Валера.
- Завтра в 9 часов нам надо быть в капстрое!
- Вот как? И по какому вопросу?
- Да по новой трассе ливневой канализации. Надо накидать быстренько варианты.
- А когда они нас успели на совещание пригласить?
- И что ты им пообещал до завтрашнего утра прикинуть варианты с трассой? И когда я должна это делать?
- Так у тебя до утра еще куча времени! – нагло заметил Валера.
- А я тебе че, Золушка, мать твою? Ты чего меня перед фактом ставишь! Я уже домой ухожу.
- То есть? И что ты предлагаешь?
- Бери их генплан и прикидывай варианты всю ночь. Ты же обещал, а не я.
- Нет, ну ты что! Надо сделать! Ты же понимаешь!
- Мне не надо. Проект на эту трассу они нам не закажут. А если хотят от меня варианты бесплатно, пусть ждут, когда у меня появится время. Никаких обязательств по трассе у меня перед ними нет.
- Мдаа, что-то с тобой происходит… - вздохнул Валера.
- Ха-ха-ха! Петрова отказывается всю ночь делать, какую-то левую бесплатную работу! Что с ней случилось? Наверное, крыша поехала! – я диковато рассмеялась.
Валера был прав со мной что-то происходило. Мой организм начал разваливаться. Я всегда забивала болт на свое здоровье. Есть поговорка «нет здоровых людей, есть недообследованные». Так вот я никогда не проходила никаких обследований. Мать родила меня здоровой, и благодаря качественному питанию в детстве никаких проблем со здоровьем у меня не было. Если меня что-то беспокоило, то я пила таблетку, либо решала, что само пройдет. Но в больницы я не ходила принципиально, потому как ничего не хотела знать, предпочитая числиться здоровым человеком.
Моя коллега Клавдия в этом вопросе придерживалась диаметрально противоположного мнения. Она фиксировала в больнице каждый булочный прыщ, постоянно ширяла какие-то уколы, сидела на диетах, пила колеса. То ее тошнило, то обсыпало прыщами, то она жила в офисном туалете. Мне казалось, что бедную лабораторию больницы она уже завалила своим говном до самой крыши. В общем, человек кайфовал от процесса как мог.
Но мой организм посылал уже тревожные сигналы. На проблемы со зрением, пищеварением и прочей ерундой я даже не обращала внимания. Но на днях мне стало плохо в аэропорту, я почувствовала, как глохну, и кто-то медленно выключает свет. Я почувствовала, что меня куда-то посадили, показалось, что к кому-то на колени.
«Зачем… на колени… как неловко…» - плыли обрывки мыслей.
Потом свет медленно включили и звук прибавили, я почувствовала тошноту, и что кто-то распахивает на мне пальто, мне было чудовищно жарко. Я сообразила, что завалилась в обморок и меня посадили в кресло. Мне полегчало, но тут же закапало из носа.
«Сопли.. откуда?» - подумала я и увидела алые капли на белой плитке.
Какая-то женщина дала мне влажную салфетку, но она тут же пропиталась кровью, вторая и третья салфетки были тоже малоэффективны. Я побрела в медпункт. Из медпункта вышла медсестра с какой-то перекошенной злой рожей.
- Извините, у вас есть бинт или вата… Кровь нечем…
- У нас медпункт! – отрезала мадам.
- Ну да… Если надо, я заплачу за бинт, только дайте что-нибудь! – просила я, сжимая кровавую салфетку.
- Дееевушка, я говорю у нас медпункт! – скорчила медсестра противное ебало – Идите купите себе салфетки! Или возьмите в баре!
- У Вас, блять, в медпункте есть что-то кроме таблички на двери. – разозлилась я.
В ответ женщина долбанула дверью, демонстративно заперла замок и упиздила куда-то за угол.
«Мдааа, вот это сервис в столичном аэропорту. Надо жалобу написать, жаль не прочитала фамилию!» - подумала я.
Я отправилась в туалет умываться и затыкать нос бумагой. Если Вы думаете, что после этого я обратилась в больницу, то как бы не так! Болею я как мужик, то есть, ежели что случится, то я сразу ложусь умирать и ни в какие больницы не хожу. Умирать в аэропорту было как-то стремно, и я держала себя в руках. Ну, а когда прилетела, то мне уже полегчало, и умирать я передумала.
Зато умер кое-кто другой. Женщина в экспертизе в возрасте 32 лет, внезапно взяла и склеила ласты на рабочем месте. Кровоизлияние в мозг. Вчера мы с ней обсуждали замечания по проекту, и она лепила маленькие стикеры в пояснительную записку. А сегодня ее уже нет. Я сидела и смотрела на эти цветные полоски и мне было жутко открывать свой проект и читать замечания мертвеца. Я ведь совсем немного младше ее. Эта внезапная смерть на рабочем месте произвела на меня неизгладимое впечатление. Это что же получается, я вот так же могу прийти в офис и не выйти из него?
Переварив это событие и свой обморок, я ощутила, что за фирму я более ни капли не болею, и на заказчиков мне насрать, и на проекты, и на дифирамбы, которые я постоянно слышала в свой адрес. Если раньше мне было стыдно за опоздания на работу и за постоянный срыв сроков, то теперь от стыда ничего не осталось. Да, у меня есть работа, и я ее сделаю, когда смогу, а не когда там надо Валере, или Заказчику, или хрен знает кому еще.
От совещаний я стала косить, как только можно. Все эти поездки на ППР (посидели-попиздели-разошлись), только занимали мое рабочее время. Теперь на совещания в основном ездил Валера, а мне лишь оставалось его снабдить информацией и подготовить. Оставаться в тени мне было на руку по ряду причин: во-первых, я не светилась там со своей мордой, стало быть и ответственность напрямую на мне не лежала, во-вторых, у Заказчика возник интерес куда же я подевалась и почему не приезжаю, в-третьих, я экономила на этом кучу времени.
С похуизмом и спокойствием я постепенно добралась до конца года. Намечался новогодний корпоратив, и я решила на него сходить. Обычно такие мероприятия я не посещала, но тут решила сделать исключение. Корпоратив у нас был в небольшом ресторанчике, который принадлежал подруге Мейер. Часть сотрудников, в том числе и Саша, притащили своих жен и мужей. Также был приглашен альфач-Миша, и еще несколько человек из старой гвардии.
Саша с женой сидели прямо напротив меня, что позволяло Сашиной супруге с комфортом смотреть на меня в упор тяжелым взглядом удава. Сашу она называла исключительно по фамилии, отдавая ему короткие команды «Заткнись!» и «Наливай!». Весь вечер они просидели за столом, не танцуя и не принимая участия в конкурсах. Сашина жена пила водку, рюмку за рюмкой, и буравила меня взглядом.
Слева от меня сидела Честнова с мужем, и мне только оставалось удивляться той метаморфозе, которая произошла с Леной. Честнова с робким видом спрашивала у мужа разрешения на каждое свое действие: «А можно мне съесть этот салат?», «А можно мне выпить вина?», «А можно мне выйти в туалет?» и так далее. После полусотни этих вопросов у меня уже началась тошнота и головокружение, и я свалила за стол старой гвардии. Позднее выяснилось, что дома Честновой ничего не разрешено делать и говорить без спроса. Это звучало бредово, но вполне объясняло ее постоянный пиздеж и дикую инициативу на работе.
Наша старая гвардия бухала и веселилась на всю катушку.
- О! Петроооваааа! – протянул Миша.
- Мииииша! – передразнила его я.
- Эх, Петрова, кабы не моя супруга, женился бы на тебе!
- На кой ты мне нужен?
- А что? Я мужчина в самом расцвете сил!
- И каковы технические характеристики у мужчины в самом расцвете сил?
- Ну вооот, придет поручик и все опошлит! Мммадаммм, разрешите пригласить Вас на танец?
И мы пошли танцевать вальс, постоянно наступая на ноги себе и другим. В процессе вальса я заметила настороженный взгляд Мейер.
- Почему Мейер так смотрит на нас? – спросила я Мишу.
- Переживает, что я тебя переманю в свою фирму, или договорюсь за ее спиной.
- Зачем она тогда тебя пригласила?
- Всех наших пригласила, и меня в том числе. В самый последний момент позвала, надеялась, что я не приду.
- Странное отношение. – улыбнулась я.
- Прошло столько лет, а Мейер до сих пор считает, что она мой начальник. А я холоп! Учти это на будущее.
Под конец торжества коллектив немного перебрал со спиртным. Мы стояли на улице и наблюдали как пьяный водитель и не менее синий бурильщик спорят кому провожать Клавдию до дома. Выяснилось, что у Клавы есть два поклонника-автора жарких ночных пьяных СМС. Водитель и бурильщик никак не могли прийти к консенсусу, и начали бить друг-другу морды под смех и улюлюканье всего коллектива. Хорошенько повалявшись в снегу, ребята пришли к мнению, что все бабы бляди и Клава в том числе, и ушли в обнимку ни с кем не попрощавшись. Храпунов, как истинный джентльмен, вызвался-таки проводить Клавдию до дома, так как жили они в одном районе, который находился не очень далеко от ресторана.
Какая-то неведомая сила схватила меня за шиворот и выволокла из толпы. Я развернулась и увидела Сашину жену с воистину бычьей агрессией в глазах. Она была пьяна и вцепилась в меня мертвой хваткой.
- Ссскажи! – дыхнула она на меня спиртными парами – Когда ты уже свалишь с этой фирмы?
Пила я очень мало, но инстинкт самосохранения велел мне прикинуться точно такой же пьяной в говно, чтобы быть с ней наравне.
- А ч-что т-такое? – спросила я заплетающимся языком.
- Муж ддома не ббывает!
- Ааа, ну так, когда я уйду, то он тем более не придет. Потому что ему придется делать мою работу.
- Он давно уже не спит со мной!
- Эй, что происходит? – вмешался Саша.
- Заткнись. Пошел на хуй отсюда. – жена оттолкнула Сашку одной рукой.
- Послушай, Саша семью любит. Ты зря переживаешь! – пыталась я ее успокоить.
Боковым зрением я заметила, что мне на помощь спешат Мейер и Валера. Они расцепили нас и утащили меня в машину. Еще немного и я бы точно получила незаслуженных публичных пиздюлей. По дороге домой я думала о том, что многим вообще не стоит брать жен и мужей на корпоративы. Может быть, вообще никому не стоит это делать. Вспомнился бывший начальник отдела капитального строительства нашего Заказчика, который работал еще до бешенного крикуна, доводившего Сашу до капельницы. Хороший был специалист, грамотный, очень интеллигентный. Хватило же ему ума притащить свою ебанутую женушку на корпоратив, которая напилась и пошла в микрофон материть руководство компании. Несмотря на все заслуги, уволили его очень быстро.
- А что тебе говорила Сашина жена? – прервал мои мысли Валера.
- Я не поняла ее, это было нечленораздельное мычание.
- Значит, не скажешь? – хитро улыбнулся Валера.
- Нечего рассказывать, я не поняла, что она от меня хотела.
Следующий день был рабочий, и в офисе я застала только Сашу и Клаву. Юра-нерд и Женя отпросились, а Храпунов был черт знает где. По стеклянным глазам Клавы я поняла, что она видела некоторое дерьмо. Дождавшись, когда Саша пойдет на обед, я задала Клавдии вопрос:
- Полный пиздец… - Клава медленно повернула голову и уставилась куда-то сквозь меня.
- Храпунов… он пошел меня провожать. Сначала мы шли нормально, но потом он начал как-то пыхтеть и бешено вращать глазами.
- Потом он сказал, чтобы я не боялась и откуда-то достал такооой тесак! Господи, где он вообще его прячет. – Клава вытаращила глаза – Он стал размахивать ножом и докапываться до прохожих, люди в стороны разбегались от ужаса!
- Он решил тебя защитить. Ты цела?
- Да! Но я чуть не обосралась! Господи, я думала он меня прикончит там и сразу разделает.
- И что дальше было?
- Ему удалось поймать какого-то худого парнишку, а я побежала! Я так бежала! – Клава зажмурила глаза - Я еще никогда в жизни так не бегала, я переломала каблуки на сапогах и даже не заметила! Дома увидела, что их нет…
- А что Храпунов? Он остался с парнем? – я почувствовала зарождающуюся тревогу.
- Нет! Он увидел, что я дала деру и побежал за мной с ножом в руке! Он быстро бегает! Я унесла ноги только потому, что он останавливался блевать! Он блевал и орал: «Клааавааа подождиии!»
- Ааа, так может он целоваться хотел? – пошутила я.
- Мне теперь, наверное, надо к психологу идти! Я боюсь его. Можно я пересяду в другой кабинет?
- Не думаю, что это хорошая идея. На работе он трезвый, и ничего не случится. Но если ты заметишь, что он начал пить – тогда лучше убраться с его поля зрения.
- А можно я домой пойду сейчас? – жалобно спросила Клава.
- Иди. Могла бы позвонить мне и не приходить. И еще, давай это останется между нами?
Когда Клава ушла я позвонила Храпунову, мне ответили, что абонент вне зоны действия сети. Вскоре Саша вернулся, и я заметила, что он мнется и краснеет. Он все ходил кругами задавая посторонние вопросы для усыпления моей бдительности, потом набрался смелости и как бы между прочим спросил:
- А что тебе вчера говорила моя жена?
- Что? Ааа… да я не помню. Я же пьяная была! – отмахнулась я, не придавая значения вопросу.
- Она тоже говорит, что не помнит. – улыбнулся Саша.
Было очень заметно, что он испытал огромное облегчение от моего ответа. Причем, было совершенно не важно поверил он мне или нет. Главное, что этот вопрос был закрыт. Я прекрасно понимала в какой неудобной Саша оказался ситуации, и что он сам в этой ситуации виноват, но обсуждать эту тему я не собиралась. Из коллектива только дохлые не спросили, что же мне сказала Сашина жена, но все получили один и тот же ответ, что я была пьяна и ничего не помню.
Под конец рабочего для в офисе появился Храпунов.
- О, Володя, привет! А что с телефоном у тебя? – спросила я.
- Как же так? Ну хоть не дорогой был.
- А я себе дорогие и не беру. Да как! Иду домой, захотел ссать, дай думаю поссу как свободный человек прям на дом свой родной. Тока собрался, смотрю какой-то мудак телефон потерял, ну я его обоссал и пошел спать.
- А утром проснулся, а у меня телефона нет! Вот так и потерял! – заржал Храпунов.