Тёмные эльдары. История [перевод]

Спустя четыре тысячи лет после Падения, в тридцать пятом тысячелетии по человеческому летосчислению, Комморре предстояло пережить величайшее потрясение в её истории. Раб Вект за счёт своей хитрости и убийственной амбициозности поднялся до звания дракона организации, названной им кабалом Чёрного Сердца, когда элитные войска Империи устроили полномасштабное вторжение в Комморру. В то время Вект, который и устроил этот период раздора, был на ножах с влиятельнейшими знатными домами Тёмного Города — домами Зелиан, Краиллах и Иллитиан. К тому времени, как вторжение удалось отразить, эти дома лишились власти, а их архонты были убиты. Вскоре Вект сменил их в качестве хозяина Тёмного Города.

Семена имперского вторжения были посеяны в регионе, известном как Десадерийский залив. Эта область дикого космоса была хорошо известна звездоплавателям Штормового сегмента как место исчезновения многих кораблей. Обычно туда старались не залетать. Империи было неведомо, что в Десадерийском заливе находился огромный портал в крупный тоннель Паутины, замаскированный голополями под невинный отблеск звёздного света. За этим порталом таились пиратские флоты Комморры, ожидавшие ничего не подозревавшей жертвы с терпением паука.

Знатные дома тёмных эльдаров атаковали имперские судоходные пути нечасто, чтобы избежать возмездия; поэтому количество пропадающих кораблей считалось находящимся в допустимых пределах или вообще списывалось как бюрократическая ошибка. Первым делом Вект на порядок увеличил частоту налётов. Он поставил перед своим кабалом критически важную задачу — перехватить все военные суда и атаковать все планеты Империи в пределах досягаемости из портала. Он разметал полки имперской гвардии на гарнизонной службе на планетах Десадерийской системы, разрушил их укрепления и исчез с пленниками в глубинах Тёмного Города. Позади Вект оставил лишь развалины. Кабал Чёрного Сердца богател с каждым налётом, и хотя злые языки звали Векта дураком, дразнящим имперскую военную машину, нападения продолжались.

С медлительностью левиафана Империя отреагировала на исчезновения в Десадерийском заливе. Ударный крейсер космических десантников из ордена Саламандр находился достаточно близко, чтобы их расследовать, — он бороздил края залива в поисках священных артефактов и реликвий, оставшихся от примарха ордена. Капитан Саламандр Фек направил крейсер в глубины залива. После короткой, но кровопролитной стычки с флотом кабала Векта судно Фека, «Кузнечный молот», было обездвижено электромагнитными бомбами и отбуксировано в самое сердце Тёмного Города.

Среди шпилей Верхней Комморры разгорелись нешуточные страсти после известия о столь дерзком захвате. Пленить капитана космического десанта — немалое достижение; такой пленник способен выдержать долгие и чудовищные пытки, прежде чем выдать ценные тайны. Над флотом Векта тут же нависла армада владыки-архонта Зелиана. «Кузнечный молот», всё ещё скованный электромагнитным полем Векта, был «конфискован» Зелианом и отбуксирован в Верхнюю Комморру, где его попытались постепенно разобрать с максимальной выгодой.

Высокомерный владыка Зелиан не учёл только изобретательности оказавшихся в ловушке космических десантников. Коммуникационные системы корабля замкнуло электромагнитное поле, но Зелиан не знал, что у десантников остался эзотерический метод сообщения. Близкий друг капитана Фека, одарённый книжник Гестион, послал пси-запрос о помощи сразу после выключения систем корабля. Гестион стал своего рода живым маяком для своего ордена; маяком, расположенным глубоко внутри усыпанных шпилями владений Зелиана.

Посланные владыкой Зелианом доставить десантников в пыточные лучшие воины его двора столкнулись с куда более серьёзным сопротивлением, чем ожидалось. Тёмным эльдарам довольно быстро удалось прорезать обшивку ударного крейсера и прорваться в его тёмные и забаррикадированные проходы, но одолеть космических десантников им оказалось не по силам. Внутри «Кузнечного молота» разразилась жестокая и отчаянная битва, освещаемая лишь редкими вспышками болтружейных залпов; по коридорам потекли реки крови тёмных эльдаров и десантников.

Зелиан быстро понял, что недооценил противника. Сменив тактику, он вернул право на добычу кабалу Чёрного Сердца, якобы из щедрости, но втайне собираясь захватить десантников, как только их возьмут в плен. Вект с радостью пошёл на это, собирая в небольшие ударные группы тех воинов кабала, которых подозревал в двурушничестве, и отсылая их по очереди на верную гибель. Кабалиты Векта, одерживавшие победы на десятках планет, бесстрашно поднялись на борт «Кузнечного молота». По обездвиженному судну целый день гуляло эхо от взрывов; сквозь его витражные иллюминаторы были видны вспышки прометия. Космические десантники не сдавались.

Владыка Зелиан собирался позволить Векту медленно истребить собственный кабал, считая его идиотом, не догадавшимся начать полномасштабный штурм. Вект же спокойно тянул время, методично скармливая десантникам свои отряды и даже нанятых наёмников, имевших связи с двором Зелиана; никто не выбрался из «Кузнечного молота» живым. На шестнадцатый день осады небо Верхней Комморры разверзлось. Орден Саламандр чудесным образом получил координаты своих пленённых боевых братьев. Десадерийский портал почему-то оказался в рабочем состоянии — его охранники были убиты, а системы управления заклинило так, что его нельзя было закрыть.

Ярость Империи выплеснулась из потрескивающего изумрудного портала Паутины прямо над личным шпилем архонта Зелиана. Несли её корабли с символикой не только Саламандр, но и Воющих Грифонов, и Серебряных Черепов. Зрелище их вертикального выхода из портала оказалось потрясающим даже для пресыщенных жителей Комморры на улицах. Два десятка ударных крейсеров, каждый из которых — это брутальный образчик готического стиля с сугубо военным применением, вывалились в небо над Тёмным Городом. В центре построения находилась боевая баржа «Гнев Вулкана», громадное судно, чьи бортовые батареи могли сравнять с землёй целый город. Баржа протаранила носом шпиль, где стоял Зелиан, словно огромный молот, сминающий бесценную скульптуру из хрусталя и света.

Тёмные эльдары отреагировали моментально. Из расположенного неподалёку порта Осколок вылетели сотни экзотических кораблей, каждый из которых казался щепкой по сравнению с имперскими махинами, но щепкой, однако же, смертоносной. Из высоких ангаров словно летучие мыши вынеслись стаи бомбардировщиков «Ворон пустоты» и реактивных истребителей «Бритвенное крыло», налетевших на каждый ударный крейсер. Хотя многие из них были сбиты огнём бортовых орудий, тёмноэльдарская авиация планомерно уничтожала орудия имперских кораблей сосредоточенными залпами пустотных копий и дезинтеграторов. Боевая баржа «Гнев Вулкана» попала под толстые щупальца электромагнитных полей притягивающих ретрансляторов порта Осколок, потеряв управление большинством орудий. Одно за другим имперских орудия умолкли.

Но космические десантники упорствовали. Все ударные крейсеры отстрелили посадочные капсулы с такой скоростью, что они сами по себе стали снарядами. Ливень скоростных транспортов был настолько плотным, что многие из них сбивали тёмноэльдарские гравилёты, а то и пробивали насквозь изящные звездоскрёбы. Из каждой посадочной капсулы, рухнувшей в глубины Комморры, сразу же выпрыгивало отделение космических десантников, ведя огонь на ходу. Позади они оставляли одни развалины; падали шпили и статуи.

Контратаковав, Саламандры вырвали инициативу из рук тёмных эльдаров. Спустя всего несколько минут после приземления посадочных капсул космические десантники заняли оборону на вымощенных обсидианом улицах квартала Краиллах. Несмотря на плотный огонь кабалитов и бичей, паривших высоко в небе, силовые доспехи десантников оказались крепким орешком для осколочных боеприпасов тёмных эльдаров. Даже раненные космические десантники всего лишь стискивали зубы и сражались, преодолевая охватывавшую их боль.

Вскоре начала сгущаться тьма — обитателей Тёмного Города битва привлекала, словно кровь акул. Воздух разрезали огромные рои Бедовых-гравибордистов и Грабителей-гравициклистов, пикировавших на десантников с единственной целью рубить и колоть. Манёвренные одноместные машины оказались слишком быстрыми, чтобы их можно было уничтожить огнём из болтеров, поэтому Саламандры воспользовались изрыгающими облака прометия огнемётами. Целые банды Бедовых загорались и улетали прочь, визжа от боли.

Из мрака выползли мандрагоры, всегда считавшие переулки Комморры своими охотничьими угодьями. Полудемонические твари выпрыгивали из теней десантников, метя ледяными когтями в глаза и перерезая глотки серебряными клинками. По улицам проносились «Налётчики», полные тёмноэльдарских воинов, отделения которых спрыгивали на космических десантников, разбросанных по кварталам, и начинали орудовать ножами и осколочными пистолетами. Вся Верхняя Комморра присоединилась к бою, и вскоре началась резня ужасающих масштабов. Космические десантники стойко держались против целых улиц, ополчившихся на них. Выгорали целые районы Верхней Комморры — вторгшиеся в Тёмный Город десантники вырезали или испепеляли каждый новый кошмар, обрушившийся на них. Весть о нападении быстро разошлась. На высоких аренах в бой собрались гладиаторы культов ведьм.

Космических десантников в городе теперь было около пяти сотен, и они держали оборону в квартале Краиллах. Высший архонт Краиллах лично возглавил штурм позиций космодесанта, намереваясь стереть тех, кто разрушал центр его владений, в порошок. Сначала ему удалось прорваться сквозь стройные ряды десантников; силовые поля окружали его мерцающими двойниками, поэтому точно сказать, где он находился, было невозможно. Старый архонт молниеносно нападал, убивая космических десантников каждым выпадом силового клинка… а потом его натиск оборвал случайный выстрел из тёмного копья, испаривший архонта на месте.

В этот момент в битву вступили ведьмы из культа Раздора. Сотни прекрасных, но смертоносных воительниц с головокружительной скоростью прыгали и вертелись среди рядов космодесанта. Под ударами бритвенных цепов и пронзателей катились головы, ножи глубоко входили в глазницы, в сумерках сверкали алым гидра-перчатки. Во главе ведьм была Лелит Геспера, воплощение изящества и доблести. Воины падали перед ней на землю отдельными кусками, роняя из отрубленных рук цепные мечи. Снаряды из болтеров пролетали там, где долю секунды назад стояла залитая кровью демоница. Дальше по улице знатный архонт Иллитиан из дома Безмолвного Вопля увидел возможность войти в легенды и вступил в сражение, чтобы подтвердить своё право властвовать. Космические десантники отступили; они уже потеряли половину бойцов и отчаянно нуждались в перегруппировке. Лелит со свитой лишь на миг задумались перед тем, как безжалостно прирезать Иллитиана и его воинов. Сыграв свою роль в плане Векта, Геспера со своими ведьмами растворилась в тумане.

«Кузнечный молот» всё ещё был скован электромагнитным полем среди шпилей; сражение в воздухе накалялось. Последний приказ Зелиана был уничтожить захваченное судно любой ценой — если жалким людишкам удалось бы вернуть его трофей, авторитет архонта и всей знати был бы потерян безвозвратно. Стаи крылатых бичей, оснащённых электромагнитными бластерами и тепловыми копьями, начали методично разбирать корабль, а целый флот боевых гравилётов «Губитель» встречал все попытки контратаковать мощнейшими залпами. Тогда терминаторы первой роты Саламандр с ослепительной вспышкой телепортировались прямо на корпус «Кузнечного молота» и открыли огонь. Бичи были отброшены, и брат-капитан Фек воспользовался моментом. Его бойцы синхронно выбрались из укрытий и послали по крак-ракете в каждый из девяти ретрансляторов, удерживавших судно в электромагнитном поле. Как ни странно, каждая ракета, видимо, запустила цепную реакцию, и пылающие ретрансляторы обрушились на улицы. Книжник Гестион призвал бурю, бушующий поток пламени в форме дракона, поодиночке разодравшего «Губителей» на части. «Кузнечный молот» сильно пострадал, но освободился от оков Тёмного Города. С могучим рёвом ударный крейсер начал подъём к свободе.

Далеко внизу космические десантники, сражавшиеся в квартале Зелиан, попали в «мешок». Вокруг них ожила сама Комморра, к их позициям подступали воины десятка знатных домов. Тем не менее, «Кузнечный молот» был на свободе. Поступил один-единственный короткий сигнал, и мгновение спустя большинство десантников, находившихся в Тёмном Городе, телепортировались подальше от такового. Те, кто был отрезан от основных сил, ценой своей жизни дали остальным драгоценное время или же были парализованы гипертоксинами и захвачены в плен, чтобы сражаться и умирать на аренах рабами-гладиаторами.

Когда электромагнитные поля, удерживавшие имперские корабли, начали отключаться, воцарилась паника. Эскадрильи реактивных истребителей, принадлежавшие высшим архонтам, попытались перехватить имперцев, но были встречены настолько плотным огнём как своих, так и чужих, что им пришлось отступить. Боевая баржа «Гнев Вулкана», к которой теперь присоединился «Кузнечный молот», запустила тормозные двигатели и высвободилась из пылающих развалин, некогда бывших гордостью архонта Зелиана. Выхлоп двигателя огромного корабля сравнял с землёй несколько шпилей и звездоскрёбов. Космические десантники сбежали, попросту вылетев через всё ещё зиявший над Верхней Комморрой портал Паутины в реальность.

Последствия имперского вторжения навсегда изменили Комморру. Проблему с вакуумом власти, оставшимся после гибели знатных домов Верхней Комморры, быстро решил Асдрубаэль Вект со своим торжествующим кабалом, обставивший всех своих соперников в пламени войны. Старый комморрский уклад рухнул, уверенности не было ни в чём. В последующие годы Вект мастерски воспользовался всеми имевшимися у него рычагами, чтобы навсегда поставив меритократию кабалов над аристократией знатных домов. Так кабал Чёрного Сердца воцарился на месте старой знати, и судьба Тёмного Города оказалась в цепких руках архонта Векта.

Влияние Векта росло; архонты новообразованных кабалов искали аудиенции при его дворе. Их жалкие интриги и туманные речи серьёзно ему докучали. Даже знаменитая красота и острый ум последнего архонта, вошедшего в тронный зал Векта, леди Аврелии Малис, ничуть его не порадовали. В конце концов Вект призвал всех, добивавшихся его расположения, в тронный зал и поставил перед ними невыполнимую задачу. Потеря населения одной планеты была едва заметна для межзвёздной империи людей; эти создания плодились, как крысы, и легко восполняли потери. Вект приказал архонтам уничтожить не одну планету или звёздную систему, а отравить всю империю и вернуться с доказательством.

Приказ Векта был направлен исключительно на истощение ресурсов тех кабалов, что тратили его драгоценное время. Он не ожидал от так называемых архонтов достижения поставленной перед ними цели, а если часть из них погибла бы, пытаясь её добиться, так это было только на руку Векту.

Выслушав Векта, архонт леди Малис позволила себе усмехнуться. Она легко могла перехитрить младшие народы, а Империя, при всех своих размерах, состояла из людей. Созвав весь свой кабал Ядовитых Уст, Малис со всем флотом поспешила в реальность. Через знакомых арлекинов Паутины она узнала о имперском мире-кузнице, который внезапно оказался под большей охраной, нежели близлежащие планеты, — войска со всей системы перебросили на защиту одной-единственной планеты, оставив прочие с минимальным гарнизоном и в уязвимом положении.

Промышленная планета Вердигрис-9, расположенная в центре Тёмного сегмента, теперь была буквально усыпана системами ПВО и орудиями перехвата. Её ульи до отказа были забиты полками имперской гвардии и войсками Адептов Механики, а боги-машины легионов титанов бродили в заражённых пустошах у границ ульев.

Очевидно, на Вердигрис было что-то крайне ценное, и только Малис знала, что именно. Её шпионы сообщили, что техноархеологи обнаружили редкую и безумно значимую реликвию времён расцвета Империи — «стандартный шаблон конструкции», способный двинуть вперёд науку по всей Галактике. Каждый СШК был для Империи бесценен, но конкретно этот механизм, медицинское чудо под названием «Панацея», мог спасти миллиарды людей, умиравших от ядов и болезней.

Лобовой штурм был исключён. Высший фабрикатор планеты укрепил свой макрокомплекс до такой степени, что мог в мгновение ока выплеснуть в небо свинцовый ливень, который моментально уничтожил бы войска тёмных эльдаров. Малис намеревалась лично захватить главный трофей, но не могла сделать это в одиночку. Нужен был ударный инструмент. И весьма немаленький.

Флот Ядовитых Уст вышел в реальность через Офидийский залив, появившись прямо в тылу орочьего флота титанических размеров. Куда ни глянь, везде были кое-как сколоченные корабли, целая свалка ощетинившегося орудиями космического мусора под предводительством громадного космического скитальца. Малис приказала своим капитанам выключить ночные щиты и открыть огонь. Те от такого приказа, мягко говоря, сильно удивились, — орочьих судов было в пятьдесят раз больше, и часть их них уже развернулась в их сторону. Нахмурившись, Малис лично подала пример, подбив три орочьих корабля из пустотного орудия своего флагмана. Пристыженные капитаны быстро вступили в бой, выслав эскадрильи изящных истребителей против самых крупных кораблей орков. Воцарилась неразбериха — орочья армада попыталась лечь на новый курс и перехватить флот чужаков, вцепившийся ей в задницу, словно металлические акулы в хвостовой плавник кита пустоты.

Тёмноэльдарский флот резко перешёл в отступление. Орки, настроившись подраться, тут же пустились в погоню, продолжавшуюся ещё десяток часов. Корабли тёмных эльдаров оставались на самой грани досягаемости орочьих орудий, пока флот орков не дополз до Вердигриса. Упорные орки по инерции гнались за тёмными эльдарами до самого драгоценного макрокомплекса высшего фабрикатора. Затем, как только автоматические системы обороны Вердигриса озарили ночное небо бесчисленными вспышками лазерных лучей, тёмные эльдары попросту исчезли.

Орочьи суда врезались в планету Вердигрис, как латная рукавица в нос. Сотни кораблей были сбиты, но их массы хватило, чтобы продолжить движение. Мегатонны пылающих обломков врезались в защитные системы макрокомплекса. Выжившие орки, пробившиеся через шквал огня, выбрались из горящих судов и начали кромсать защитников комплекса. В пепельных пустошах за ульем легионы титанов собрались перехватить зеленокожих, и земля содрогалась под тяжестью их шагов, пока боги-машины безжалостно изничтожали орков, копошившихся в улье. Затем с ужасной неизбежностью из облаков возник космический скиталец «Нога Горка». Мгновение спустя титанов расплющило. Взрывом разнесло почти половину макрокомплекса; его системы обороны отказали, а выжившие защитники попадали с ног.

В этот момент небеса разверзлись. В ослепительном изумрудном сиянии появился пиратский флот леди Малис, чьё смертоносное изящество было полностью противоположно брутальности орочьей армады. Кабалиты расстреливали и людей, и орков, питаясь их воплями. С рёвом железных чудищ орочьи баевые павозки столкнулись с бронетанковыми ротами имперской гвардии. На город продолжали падать орочьи корабли, сотрясая землю с каждой «посадкой». Лавируя между рушащимися строениями, гравилёты тёмных эльдаров пролетели в центр макрокомплекса, поскольку Малис знала, что её добыча находится глубоко в хранилище. В толпу контуженных гвардейцев, столпившихся у пролома, спрыгнули отряды инкубов. Их терзающие поля испускали волны чёрной агонии, а клефы разрубали человеческую плоть. В сердце города началось тёмное пиршество. Малис вместе с избранной свитой перебила гвардейцев и скитариев Адептов Механики, охранявших дворец высшего фабрикатора. За ней следовали сотни воинов-кабалитов, встречавших все попытки гвардии контратаковать опустошительными залпами.

Леди Малис проследовала сквозь кровопролитный бой, словно наслаждаясь приятной прогулкой, а не ведя войну собственного приготовления. Она лично расчленила одоспешенных штурмовиков в центре макрокомплекса и приказала своим воинам пробиться во внутренние покои, где был спрятан СШК. Но покои уже были открыты — лишь дымилась выбитая дверь. Пол был усыпан гильзами от орочьих снарядов, а в хранилище в луже собственной крови лежал высший фабрикатор, у которого ниже колен не было ног. Трофей исчез.

Малис впала в бешенство, убив нескольких приближённых, подозреваемых ею в предательстве. Её планы были разрушены. Макрокомплекс, столь изящно ввергнутый в хаос войны, потерял всякое значение. Важен был СШК. Собрать кабал, уже начавший пиршество, было маловероятно; в комплексе царила полная неразбериха. Малис призвала к себе свиту, приказав эскадрильям реактивных истребителей прекратить атаки на имперскую гвардию и вылететь на разведку. Спустя несколько секунд Малис узнала о крупной колонне грохочущих орочьих машин, направлявшейся из города к космическому скитальцу, рухнувшему посреди пепельных пустошей. Леди Малис вызвала свой личный транспорт и пустилась в погоню.

Рассказ о сражении между элитными авиационными частями леди Малис и растянувшимся орочьим конвоем стал широко известен в высших кругах Верхней Комморры. Лобовая атака равнялась самоубийству, поэтому Малис начала кружить около колонны, поодиночке истребляя отдельные машины. Когда орки выдвигались на перехват, тёмные эльдары взмывали в облака и пикировали на другой участок колонны. В небесах Грабители состязались с неуклюжими дымящими орочьими самолётами, а отряды бичей методично отстреливали штурмавиков, рассекавших по небу в попытке перехватить войска Малис. Часами группировка тёмных эльдаров изматывала конвой, всё дальше прочерчивая пунктирную линию из металлолома и зелёных трупов от самой границы макрокомплекса. Малис лично возглавила последнюю атаку, выпрыгнув в своём роскошном платье из транспорта на железную крышу орочьей баивой крепасти, ехавшей во главе сильно поредевшей колонны. За ней последовали её воины, и хотя орки сражались с животной яростью, тёмные эльдары, уже накачанные болью, двигались со сверхъестественной скоростью. Вскоре Малис вырвала свинцовый ларец с СШК из мёртвых лап главнава механьяка, ведшего бронеколонну орков. Тёмные эльдары быстро исчезли с поля боя, оставив позади бушующее пламя войны.

Вернувшись в Комморру, леди Малис направилась с призом прежде всего не в тронный зал Векта, а в свои покои. Её каблучки быстро процокали по ровному обсидиановому полу её трофейной, когда она вернулась на свой трон, остановившись только, чтобы положить украденный СШК между высохшей головой человека-техномудреца и позолоченными кистями рук святой Церулии Праведной. Весть о её триумфе быстро разошлась по Тёмному Городу — сплетники там редко находят повод молчать. Тем же вечером Малис получила личное приглашение отужинать с Вектом, когда ей будет удобно, поскольку успех леди впечатлил даже его. Так леди Аврелия Малис вошла во внутренний круг верховного владыки.

В самом конце сорок первого тысячелетия перед реальностью встала новая угроза — безжалостные всепожирающие рой-флоты тиранидов. Вскоре Вект поставил перед своими подчинёнными и союзниками задачу побольше о ней узнать. Сокрытой в Паутине Комморре биологический кошмар тиранидов был не слишком страшен, но Вект видел в нём не что иное, как полезное орудие.

В отличие от тёмных эльдаров, молодая и динамично развивающаяся империя тау впала в ужас. Высокотехнологичные вооружённые силы тау едва отбились от быстро эволюционирующего рой-флота «Горгона» и вряд ли могли выстоять в новом межпланетном конфликте. Рой-флот «Кракен» запустил свои щупальца настолько глубоко в Восточную окраину, что империя тау была практически окружена. Тау призвали всех наёмников, союзников и вассалов в зоне досягаемости, пытаясь сдержать неумолимый прилив тиранидов, невзирая на последствия.

Когда чужацкий владыка, представившийся Уриеном Ракартом, появился у верховного командования вооружённых сил тау на зернистом и полном помех экране, каста Огня с радостью вступила в переговоры. Ракарт предложил союзничество в борьбе с тиранидами в обмен на некий «культурный обмен», и несмотря на его уродливый облик, офицеры тау быстро согласились. Конечно, Ракарт со своими так называемыми гомункулами был отталкивающ, но вокруг них был ореол власти, да и тиранидов они не считали такой уж большой угрозой.

Сначала решение штаба тау объединить силы с Пророками Плоти Ракарта казалось своевременным и благоразумным. На заросшей джунглями планете Вайгос разразилось самая страшная война между тау и рой-флотом «Кракен», но всякий раз как войска тау находились под угрозой полного уничтожения волнами тиранидов, сквозь облака пикировали лезвиевидные машины. С них на зелёное поле боя спрыгивали отряды серпоруких полуголых воинов, сразу же направлявшихся в толпу тиранидов, спокойно выдерживавших смертельные ранения и рубивших головы хирургически точными ударами.

Когда штурмовые зверюги с лапами-косами прорывали ряды тау, из машин тёмных эльдаров выскакивали чудовищные создания с мощной мускулатурой и искривлёнными костями. Эти ужасные твари в чёрных шлемах, полуголые и обезумевшие от медикаментозной ярости, бросались в бой, а их бледные хозяева-гомункулы со зловещим изяществом парили над ними. Огненным Воинам тау чудовища из плоти казались ожившими страшилками, которым безумные мастера плоти даровали жизнь исключительно ради отнятия её у других. Злобные твари с жутким энтузиазмом нападали на тиранидов, рубя, коля и раздирая на части усиленными конечностями и металлическими перчатками, пока даже самые свирепые тираниды не превращались в кучу хитина и липкой чёрной жижи.

Хотя многих Ракартовых прислужников в масках расчленили или выпотрошили крупные тираниды, они казались совершенно невосприимчивыми к боли. Даже потерявшие конечности или подожжённые биоплазмой чудовища из плоти не останавливались. Атаки тиранидов разбивались о них, словно волны об утёсы, и тау по полной пользовались передышками. Когда в битву ринулись лучшие бойцы во всём хитиновом рое, их перехватили машины боли «Талос» и машины-паразиты «Хронос», вытягивавшие из тиранидов жизненные силы или просто разрывавшие их пополам.

Когда на передовую вышли вожаки роя, сами гомункулы использовали странное и непостижимое оружие: перчатки, превращавшие синаптических тварей в прах, мерцающие призрачные лучи, вытягивавшие жизненные силы из маток-тервигонов, и ружья сглаза, превращавшие змееподобных трайгонов в огромные стеклянные статуи.

Хотя воины гомункулов были ужасны на вид, их вмешательство решило исход боя на десятках фронтов. Верховное командование тау было весьма впечатлено, но также и шокировано ассортиментом выставленных гомункулами ужасных тварей. Впрочем, в вооружённых силах тау уже служили каннибалы-круты и насекомые-веспиды, а Пророки Плоти явно происходили из продвинутой цивилизации. На всякий случай верховное командование мобилизовало резервы со спокойной планеты Рубикон. На Вайгосе же тау дружно шумно выдохнули. Продвижение тиранидов остановилось, и подкрепления были уже в пути.

Вскоре сухое лицо Уриена Ракарта вновь появилось на экранах верховного командования тау. Он произнёс патетичную речь о печали, испытываемой им в связи с потерей столь многих драгоценных воинов, и хотя в его словах не было ни крупицы искренности, сложно было не согласиться с тем, что прислужники Ракарта понесли наибольший урон от наземной атаки тиранидов. В качестве компенсации гомункул запросил семьдесят семь тау от каждой касты в качестве культурного обмена. С кривой улыбкой на губах Ракарт также потребовал, чтобы их сопровождала делегация из семи Эфирных.

Каста Эфирных для тау священна, поэтому последняя часть сделки была сочтена неприемлемой. Однако же, тау были готовы заплатить любую разумную цену за высшее благо для империи. Верховное командование выбрало сознательных добровольцев из всех других каст, и высоко над планетой Вайгос звено транспортов «Манта» устремилось к потрескивающему порталу на орбите, расширившемуся при их приближении. За ним их ждала неизвестность. Судьба их была предрешена.

Следующим шагом в войне с рой-флотом «Кракен» была массированная контратака. Тау хотели отбить захваченный тиранидами полярный континент, и Пророки Плоти согласились вновь помочь им с наступлением. Множество охотничьих кадров тау пролетели через метель в идеальном построении; расчёты летучих экзоскелетов расстреливали орды тиранидов под ними. Крылатые тираниды ринулись на перехват, пытаясь окрасить белый снег в цвет внутренностей тау. На передовой гомункулы спустили с цепи свои новейшие разработки. Длинноногие гротески стонали от отчаяния, прорубаясь через рои. Големы из плоти рвали и метали своими цепкими лапами. Огневая мощь экзоскелетов тау и свирепость их ужасных союзников идеально сочетались, но тираниды продолжали наступать. Потери с обеих сторон были просто ужасающи, но гомункулов, как ни странно, только окрыляло окружавшее их насилие.

Сражение продолжалось шесть дней, но в конце концов тау победили. Однако после битвы у них начали появляться чудовищные подозрения. На видеозаписях с дронов тау было видно, что их мускулистые союзники теперь были не бледными, а серо-голубыми — очень знакомый для тау цвет.

Всего через несколько мгновений после того, как тау осознали, что случилось с «культурно обменянными», лицо Ракарта появилось на всех экранах планеты Вайгос. Он потребовал от тау выдать либо Эфирных, либо семь тысяч и семьдесят семь других тау. Его требование вызвало бурю протеста. Верховное командование собиралось покарать Ракарта даже ценой собственных жизней. Резервные войска тау собрались в ударную группировку и отправились на перехват кораблей гомункулов на орбите. Там их ждали только иллюзии и пустое пространство.

Внезапно на экранах высветился отчаянный призыв о помощи от командующего О‘Шэв. Рубикон, планета, с которой тау вывели войска, находилась под атакой тысяч судов. Её гарнизон нёс тяжёлые потери в бою с противником, более странным, нежели даже тираниды. Ему срочно требовалась помощь. Верховное командование попалось в смертельную ловушку. Гомункулы непостижимым образом перемещались с огромной скоростью, и они позвали на пир своих союзников.

Среди присоединившихся ко вторжению на слабозащищённую планету Рубикон был сам Асдрубаэль Вект. В награду за преподнесение ему на блюдечке сердца звёздной системы тау Вект позволил Уриену Ракарту и его Пророкам Плоти возглавить штурм.

Гомункул и его шабаш мерзких тварей не подвели. Битва за Вайгос показалась бы лёгкой разминкой по сравнению с опустошением Рубикона. Пророки Плоти возглавили массированную атаку чудовищ и безумцев; с высоты птичьего полёта земля словно бы кишела бледными червями. Сперва гарнизон тау оказал отчаянное сопротивление. Сосредоточенный огонь импульсных винтовок срезал нападавших, пока поле боя не провоняло жареным мясом. Тысячи остовов, гротесков и машин боли пали под огнём экзоскелетов «Кризис» и танков «Акула-молот», но они не останавливались, мечась в предсмертных муках и убивая Огненных Воинов десятками. Решимость тау начала угасать. Каким образом могли они остановить тех, кто отвергал собственную смерть?

Хуже того, тау не приняли во внимание тактический гений Векта. Первая волна атаки гомункулов и не должна была принести победу; только боль. Когда в атаку пошли кабалы тёмных эльдаров, вся планета уже превратилась в ад. Тау сражались насмерть против нечистых омерзительных чудовищ, многие из которых некогда были их боевыми товарищами. Кабалиты Векта славно попировали, каждый из них был заряжен энергией настолько, что даже один-единственный воин тёмных эльдаров мог сравниться с целым отделением Огненных Воинов. Воина продолжалась, но тау превосходили по всем фронтам.

Когда немногочисленные войска, собранные верховным командованием тау, достигли Рубикона, их встретило зрелище планеты, лежащей в развалинах. Боевые комплексы тау были разрушены и сожжены дотла, трупы тысяч крутов и веспидов выложены в жуткие знаки, видимые только из космоса. От тау не осталось и следа. Все они пропали. Планета безмолвствовала, всё её население исчезло во тьме, чтобы утолить вечный голод Комморры.

Кровавая история Комморры тянется сквозь тысячелетия к самому расцвету эльдарской империи. Из отщепенцев, скрывающихся в потаённых уголках Паутины, тёмные эльдары, неустанно стремившиеся к процветанию и наращивавшие силы, стали уникальным явлением. Их история полна раздоров, и полностью описать её невозможно. Тем не менее, хотя многое сохранилось лишь в виде отсылок и преданий, осталось ещё множество войн и конфликтов столь ужасных, что они навечно оставили свой след в истории.

В конце сорок первого тысячелетия ведьминский культ Седьмой Скорби набрал в кварталах арен влияние после организованной им серии рискованных налётов на реальность, из которых он вывез хитиновых чудовищ, невиданных доселе в Комморре. Культ стал специализироваться на живом оружии, начавшем пожирать восточную часть Галактики и названном людьми тиранидами. Выяснив, что рой-флоты привлекают планеты, богатые биомассой, культ Седьмой Скорби вылил в серую массу облаков над имперской планетой Евридия-2 море активных метастероидов, медленно превращавших пивших заражённую воду жителей улья в уродливых великанов. Разумеется, рой-флот тиранидов развернулся к Евридии-2, объявились передовые организмы и неделю спустя планета кишела тиранидами. Культ Седьмой Скорби вылетел из укрытия облаков, как только имперские войска заняли оборону. Когда к битве присоединились ведьмы, её накал возрос, и тираниды начали выставлять на поле боя более крупных и опасных тварей. Культ загнал многих из них в рунные гексоклети и исчез в Паутине. После этого Евридия-2 была тираноформирована и пожрана рой-флотом.