Языковые и художественные особенности эпитетов в башкирской литературе : на примере произведений З. Биишевой, М. Карима и Н. Мусина Байбулатова Гульфира Галимьяновна
Байбулатова Гульфира Галимьяновна. Языковые и художественные особенности эпитетов в башкирской литературе : на примере произведений З. Биишевой, М. Карима и Н. Мусина : диссертация . кандидата филологических наук : 10.02.02 / Байбулатова Гульфира Галимьяновна; [Место защиты: Башкир. гос. ун-т].- Уфа, 2010.- 171 с.: ил. РГБ ОД, 61 10-10/552
Содержание к диссертации
Глава первая. Эпитет и его воплощение в литературно-художественном контексте
1.1. Рассуждения о роли эпитетов в трудах античных мыслителей 17
1. 2. Эпитеты в трудах некоторых лингвистов 20
1.3. Эпитеты в художественных произведениях русских классиков 33
1. 4. Исследование эпитетов в тюркоязычных источниках 40
1. 5. Эпитеты в башкирском устном народном творчестве. Постоянный эпитет 43
1. 6. Эпитеты в башкирской публицистике 51
Глава вторая. Языковые и художественные функции эпитетов в поэтике 3. Биишевой, М. Карима и Н. Мусина
2. 1. Семантические функции 54
2. 2. Структурные функции 62
Глава третья. Семантико-структурное своеобразие эпитетов в произведениях 3. Биишевой, М. Карима и Н. Мусина 75
3.1. Семантические параметры употребления эпитетов 80
3. 2. Роль эпитета в создании эмоционально-экспрессивного тона 100
3.3. Сфера употребления эпитетов 114
3. 4. Структурные параметры употребления эпитетов 118
Введение к работе
Актуальность темы исследования. Произведение художественной литературы многослойно, и одним из его главных секретов является то, что оно воздействует на сознание читателя одновременно всеми своими слоями. Мы одновременно воспринимаем логический смысл и магию поэтической речи, ощущаем различные, сменяющиеся оттенки ее ритма, ее языка. Пристальное внимание к слову как эстетической, «многосмысленнои и многозначной единице» в художественном тексте связано с исследованием А. А. Потебни 1 .
Существенное значение для художественного произведения имеет задача индивидуализации изображаемого, и она требует от писателя обращения к тем средствам языка, которые имеют изобразительное значение в широком смысле слова. В различных языковых стилях, особенно в стилях художественной литературы, в публицистике, в разговорной речи широко используются языковые средства, усиливающие действенность высказывания. Это происходит благодаря добавлению к чисто логическому содержанию различных экспрессивно-эмоциональных оттенков. Усиление выразительности речи достигается различными средствами, в первую очередь, путем использования таких тропов, как эпитет, метафора, метонимия, синекдоха, гипербола и другие.
Для нашего исследования представляют интерес эпитеты. Как показывает анализ работ башкирских лингвистов и публицистов, посвященных этой проблеме, вопросу об использовании эпитетов в произведениях башкирских писателей уделяется недостаточное внимание.
Актуальность диссертационной работы обусловлена малоизученностью эпитетов в художественном пространстве произведений башкирских писателей - 3. Биишевой, М. Карима и Н. Мусина - не только как изобразительного средства, но и в языковом отношении.
Степень изученности темы. Рассуждения о роли и назначении эпитетов, об источниках их возникновения можно встретить еще в сочинениях античных мыслителей - Аристотеля, Квинтилиана, Деметрия и др. Они дали характеристику эпитета, опираясь на свою художественную практику.
Выяснением природы эпитетов занимались выдающиеся русские филологи XIX начала XX веков Ф. И. Буслаев, А. Н. Веселовский, А. А. Потебня и другие исследователи языка поэтики. Позднее к изучению эпитетов обращались видные лингвисты и литературоведы: В. М.
Жирмунский, Б. В. Томашевский, А. П. Евгеньева, И. Б. Голуб и др. Существует немало специальных работ, в которых рассматривается употребление эпитетов классиками русской литературы - Гоголем, Лермонтовым, Тургеневым, Тютчевым, Есениным, Блоком. Эпитет как традиционный прием стилистики издавна занял прочное место в различных исследованиях художественной речи.
Эстетическая функция, структура, эпитета изучается в монографиях «Эпитеты М. Н. Муравьева // Язык русских писателей 18 века», «Эпитеты в лирике Капниста // Литературный язык 18 века. Проблемы стилистики» 3. Петровой.
Некоторые сведения об эпитетах содержатся в работе профессора Г. Г. Саитбатталова «Стилистика и пунктуация башкирского языка» (Уфа, 1978), в фольклорном толковом словаре «Народной мудрости источник» (Уфа, 1993), составленном С. А. Галиным.
В татарской литературе вопросу об эпитетах посвящены некоторые главы работ языковедов X. Р. Курбатова и С. Ш. Поварисова.
Предметом исследования являются языковые и художественные особенности эпитетов, объектом - эпитеты в современной башкирской литературе.
Материал исследования. Материалом исследования послужили произведения 3. Биишевой (трилогия «К свету» (1958-1969), повести «Будем друзьями» (1954), «Странный человек» (1960), «Думы, думы. » (1961), рассказ «Где ты, Гульниса?» (1962), хикаяты «Мастер и Подмастерье» (1965), «Любовь и ненависть» (1965), поэмы и стихи), М. Карима (повести «Долгое-долгое детство» (1970), «Помилование» (1986), «Таганок» (1962), «Радость нашего дома» (1951), «Деревенские адвокаты» (1987), драматические произведения «Свадьба продолжается» (1947), «В ночь лунного затмения» (1963), «Страна Айгуль» (1960), «Похищение девушки» (1958), «Одинокая береза» (1950), «Неспетая песня» (1956-1961), «Салават» (1971), стихи и поэмы), Н. Мусина (романы «Вечный лес» (1970), «Белая олень - на Синь горе» (1980), повести «Украшение земли» (1981), «Твоя любовь» (1972), «Зухра» (1956), «Дорога моей деревни» (1963).
Для наиболее полной характеристики эпитетов и сопоставительного анализа приведены примеры использования данного средства художественной выразительности из произведений русских писателей Н. М. Карамзина, М. В. Анненского, В. А. Жуковского, А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, Ф. И. Тютчева.
Целью настоящего исследования является изучение языковых и художественных особенностей употребления эпитетов в башкирской
Потебня, А. А. Теоретическая поэтика / А. А. Потебня // М.: Высшая школа, 1990. - С. 165.
литературе (на материале произведений 3. Биишевой, М. Карима, Н. Мусина).
Для ее достижения ставятся следующие задачи:
определение функций и места эпитетов среди других стилистических средств языка;
выявление и систематизация структурно-семантических
- рассмотрение особенностей употребления эпитетов в произведениях З.Биишевой, М. Карима, Н. Мусина.
Теоретической и методолологической основой исследования стали труды филологов в области русского языкознания и литературоведения (А. А. Потебня, Б. В. Томашевский, А. Н. Веселовский, В. В. Краснянский, Е. П. Евгеньева, В. М. Жирмунский, К. С. Горбачевич и Е. П. Хабло, Л. А. Булаховский, И. Б. Голуб, Д. Н. Шмелев, Г. Л. Абрамович, Л. И. Тимофеев, Н. Б. Ипполлитова, В. В. Виноградов, Д. Э. Розенталь, А. И. Федоров, Б. А. Ларин, Г. О. Винокур, Е. М. Вольф, Н. А. Шрам, Л. И. Донецких, Ю. Н. Тынянов, М. М. Бахтин, Е. Г. Ковалевская, М. Б. Храпченко, Л. С. Ковтун, В. М. Павлов, В. П. Григорьев и др.), башкирского (Н. К. Дмитриев, К. А. Ахметьянов, Г. Б. Хусаинов, М. В. Зайнуллин, Р. Н. Баимов, С. А. Галин, Г. Г. Саитбатталов, М. X. Ахтямов), тюркского (X. Р. Курбатов, С. Ш. Поварисов и др.).
Научная новизна. Научная новизна работы определяется тем, что в ней впервые в башкирском языкознании эпитеты рассмотрены отдельно от других средств художественной выразительности; проведена систематизация и описание семантико-структурного содержания эпитета.
Научно-практическое значение исследования. Практическая значимость данного исследования обусловлена возможностью применения его основных положений и выводов при разработке теоретических и практических курсов по литературоведению, теории литературы, спецкурсов, посвященных изучению средств художественной выразительности, а также при изучении языковых и стилистических особенностей произведений 3. Биишевой, М. Карима и Н. Мусина.
На защиту выносятся следующие положения: 1. Языковые и художественные аспекты применения эпитетов в произведениях 3. Биишевой, М. Карима и Н. Мусина:
а) семантическая и структурно-организующая функция эпитета при создании художественного мира произведений этих писателей;
б) традиции и новаторство в использовании 3. Биишевой, М. Каримом и Н. Мусиным эпитета как главного средства создания системы образов.
2. Поставленные проблемы в контексте русской и тюркской научно-теоретической мысли и литературно-художественного процесса.
Теоретическая значимость диссертации обусловливается тем, что впервые сделана попытка монографического описания особенностей использования эпитетов в творчестве 3. Биишевой, М. Карима, Н. Мусина. Наблюдения и результаты работы могут послужить хорошим подспорьем для исследователей языковых особенностей произведений башкирских писателей.
Апробация работы. Результаты исследования получили освящение в 16 статьях, в том числе в научном издании, рекомендованном ВАК для включения в перечень ведущих рецензируемых научных журналов (1). Основные положения работы представлены в виде выступлений на Всероссийской научно-практической конференции, посвященной 95-летию образования БашГУ «Гуманизация образовательной деятельности в вузе, техникуме, школе» (8-13 ноября 2004 г., г. Нефтекамск), на региональной научно-практической конференции «Художественная литература в поликультурном пространстве» (4-5 марта 2005 г., г. Бирск), на Всероссийской научно-практической конференции, посвященной 15-летию со дня принятия Декларации о государственном суверенитете Республики Башкортостан и 5-летию образования Нефтекамского филиала БашГУ «Наука и образование» (24-25 октября 2005 г., г. Нефтекамск), в сборнике научных статей, посвященном 70-летию проф. М. В. Зайну длина «Актуальные проблемы башкирского, тюркского и сопоставительного языкознания» (2005 г., г. Уфа), на региональной научной конференции студентов и аспирантов «Башкирская филология: достижения, актуальные проблемы» (23 декабря 2005 г., г. Уфа), на Всероссийской научной конференции «Профессор Дж. Киекбаев и проблемы современной тюркологии» (2006 г., г. Уфа), на Всероссийской научной конференции, посвященной 70-летию профессора, д.фил.наук, члена-кор. АН РБ Р. Н. Баимова «Башкирская духовная культура древности и средневековья: проблемы изучения» (15 февраля 2007 г., г. Уфа), на Всероссийской научно-практической конференции, посвященной 450-летию добровольного вхождения Башкортостана в состав России и 10-летия факультета башкирской филологии «Башкирское филологическое образование: история, современность, перспективы» (7 декабря 2007 г., г. Стерлитамак), на научно-практической конференции, посвященной 100-летию народной писательницы РБ 3. Биишевой «Творчество 3. Биишевой в контексте современной духовности народов Башкортостана» (2008 г., г. Нефтекамск), на III Международной научно-практической конференции «Язык и литература в условиях многоязычия» (2009 г., г. Нефтекамск).
Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения и списка литературы.
Рассуждения о роли эпитетов в трудах античных мыслителей
Рассуждения о роли и назначении эпитетов, об источниках их возникновения можно встретить еще в сочинениях античных мыслителей — Аристотеля, Квинтилиана, Деметрия и др. Они дали характеристику эпитета, опираясь на свою художественную практику. Рассуждая о достоинстве ораторского стиля, Аристотель, например, затронул из тропов метафору и эпитет.
Аристотель назвал метафору «единственным материалом, пригодным для прозаической речи», так как только тот, кто умеет пользоваться метафорами, умеет употребить «иноземное слово» так незаметно, что оно будет иметь ясный смысл: «Достоинство стиля заключается в ясности; доказательством этого служит то, что раз речь не ясна, она не достигает своей цели. Стиль не должен быть ни слишком низок, ни слишком высок, но должен соответствовать предмету речи; из имен и глаголов ясной делают речь те, которые вошли во всеобщее употребление. Другие имена . делают речь не низкой, но изукрашенной, так как отступление от речи обыденной способствует тому, что речь кажется более торжественной: ведь люди так же не относятся к стилю, как к иноземцам и своим согражданам. Поэтому-то следует придавать языку характер иноземного, ибо люди склонны удивляться тому, что приходит издалека, а то, что возбуждает удивление, приятно. В стихах многое производит такое действие и годится там (т.е. в поэзии), потому что предметы и лица, о которых там идет речь, более удалены от повседневной жизни. Но в прозаической речи таких средств гораздо меньше, потому что предмет ее менее возвышен; здесь было бы еще неприличнее, если бы раб, или человек слишком молодой, или кто-нибудь, говорящий о слишком ничтожных предметах, выражался возвышенным слогом. Но и здесь прилично говорить то принижая, то возвышая слог сообразно с трактуемым предметом, и это следует делать незаметно, потому что естественное способно убеждать, а искусственное — напротив. Как к смешанным винам, люди недоверчиво относятся к такому оратору, как будто он замышляет что-нибудь против них. Хорошо скрывает свое искусство тот, кто составляет свою речь из выражений, взятых из обыденной речи. Слова общеупотребительные, точные и метафоры — вот единственный материал, пригодный для стиля прозаической речи. Доказывается это тем, что все пользуются только такого рода выражениями: все обходятся с помощью метафор и слов точных и общеупотребительных. Но очевидно у того, кто сумеет это легко сделать, иноземное слово проскользнет в речи незаметно и будет иметь ясный смысл» [5: 178]. Достоинство ораторский речи заключается именно в этом. Аристотель считает, что из имен употребление омонимов полезны для софиста, так как с их помощью софист «прибегает к уловкам», а синонимы - для поэта.
По мнению Аристотеля, «метафора в высокой степени обладает ясностью, приятностью и прелестью новизны». Он предлагает рассматривать эпитет и метафору в сопоставлении, указывая на то, что только в одном контексте осознается разница между ними.
В основу эпитета могут быть положены противоположные коннотации: ср. например, «матереубийца» и «мститель за отца». Также могут дифференцироваться и уменшительные выражения: так Аристофан говорил в шутку в своих «Вавилонянах» вместо золото - золотце, вместо платье — платьице, вместо поношение — поношеньице и нездоровьице. Но здесь следует быть осторожным и соблюдать меру в том и другом.
Аристотель называет четыре причины нечеткости («ходульности») стиля: - употребление сложных слов; - употребление необычных выражений; - употребление «эпитетов или длинных, или неуместных, или в слишком большом числе»; - использование метафор, которые не следует употреблять, - одни, потому что они неприличны (метафоры употребляют и комики), другие - из-за чрезмерной торжественности и трагичности.
Вследствие неуместного употребления поэтических оборотов стиль делается нелепым и ходульным, а от многословия - неясным. Люди употребляют сложные слова, когда у данного понятия нет названия или когда легко составить сложное слово; таково, например, слово «времяпровождение»; но если таких слов много, то слог делается максимально поэтическим.
Квинтилиан, как и другие ораторы, разграничивает поэтический и риторический (прозаический) эпитеты. Прозаический эпитет максимально удален от прямого значения слова (например, великий Дон и малый -Донец). Семантическое наращение, происходящее в процессе переноса значения и возможное только в контексте, признается основной целью употребления эпитета («необузданная страсть», «безумные замыслы»). Только в результате этого эпитет становится тропом (например, у Вергилия: «безобразная бедность» и «печальная старость»).
Таким образом, по мнению античных мыслителей, использование эпитетов должно регулироваться: без них речь утрачивает свойство выразительности и, наоборот, чрезмерное их употребление загромождает речь, делает ее запутанной.
Эпитеты в трудах некоторых лингвистов
О поэтическом эпитете писал выдающийся филолог XIX - нач. XX вв А. А. Потебня. По его мнению, поэтический эпитет может двояко относиться к определяемому слову: а) обыкновенный в современной поэзии случай тот, когда эпитет берется из нового наблюдения над явлением и не имеет ничего общего с этимологией определяемого слова; б) эпитет согласуется с представлением (этимологическим значением) определяемого или же эпитет тавтологичен не по отношению к своему определяемому, а по отношению к его синониму. А. А. Потебня отмечает, что эти случаи в древней поэзии не часты и ошибочно из них выводить постоянные эпитеты народной поэзии вообще.
С синтаксической точки зрения под эпитетом «разумеют только прилагательное определительное». С поэтической же, к эпитетам «следует отнести всякие парные сочетания слов, изображающие вещи, качества, действия их признаком».
Таким образом, А. А. Потебня сюда относит не только прилагательные определительные, но и существительные аппозитивные. При этом он не устраняет разницы «не только грамматической, но и нераздельного с ними поэтического значения. » [56: 167].
По мнению другого крупного филолога того же времени А. Н. Веселовского, эпитет свойственен и поэзии, и прозаической речи; в первой он обычнее и рельефнее, отвечая поднятому тону речи.
Но Веселовского интересовал другой вопрос - история эпитета, которую он подробно описывает в своей «Исторической поэтике»: «Эпитет — одностороннее определение слова, либо подновляющееся его нарицательное значение, либо усиливающее, подчеркивающее какое-нибудь характерное, выдающееся качество предмета. Первый род эпитетов можно бы назвать тавтологическими: красна девица» [16: 59]. По мнению Веселовского, здесь прилагательное и существительное выражают одну и ту же идею света. Таковыми могут также послужить и примеры: солнце красное, белый свет и др.
Второй отдел составляют эпитеты пояснительные, где в основе лежит какой-нибудь один признак, который может считаться существенным в предмете или же «характеризующий его по отношению к практической цели и идеальному совершенству» [16: 59]. По своему содержанию такие эпитеты можно разделить на группы. В них можно увидеть много переживаний, те или другие народно-психические воззрения, элементы местной истории, разные степени сознательности и отвлечения, богатство аналогий, растущее со временем.
«Говоря о существенном признаке предмета как характерном для содержания пояснительного эпитета, мы должны иметь в виду относительность этой существенности» [16: 59].
Изучение истории эпитета А. Н. Веселовским указывает на то, под какими влияниями совершалась эволюция его содержания. Исходя из назначения эпитета, можно отметить в предмете характерную для него черту. Примерами могут послужить эпитеты из греческого, славянского и средневекового европейского и других эпосов. У Гомера, например, море темное или серое, снег холодный, немочь злая, вино темное, красное, небо звездное, медное и др. В русских - поле чистое, ветры буйные, буйная головушка, пески сыпучие, леса дремучие, сабля острая, сизый орел, серый волк, ясный сокол, высок терем и др. В северном эпосе и сагах: земля, пути зеленые, лес темный, волны холодные, море синее, темно-синее (но и зеленое, серое, красное). В башкирских - бер бите ай, бер бите иен (одна щека — луна, другая — солнце), нурлы Йе$ (лучистое лицо), серле ку? (таинственные глаза), ж ну цел (доел.: белая (в знач.: чистая) душа) и т.д.
Пытаясь объяснить это явление с хронологией стиля, Веселовский не согласен с тем, что это постоянство связывают с глубокой древностью и видят в нем принадлежность эпики, эпического миросозерцания. «Об эпитете можно сказать то же, что о воображаемом постоянстве обряда, церемонии, этикета, которое Спенсер считает особенностью первобытного общества, так называемого обрядового правительства: постоянстве, разлагающемся со временем и уступающем разнообразию. Но обрядовые правительства - уже продукт эволюции, за их постоянством лежат тысячелетия выработки и отбора» [16: 61]. Как и слово, эпитет по своему существу односторонен. Слово может обобщить одно какое-нибудь вызванное им впечатление как существенное, но при этом не исключать другие подобные определения. Например, «при деве - блестящей - возможен был не один, а несколько эпитетов», которые разнообразно дополняли бы основное значение слова.
Как отмечает Веселовский, является ли эпитет народным или же историческим, может разъяснить только частичное исследование, распространенное и на эпические или эпико-лирические песни народов, стоящих на низшей ступени культуры. У них нет того обилия повторяющихся эпитетов, каким отличается, например, русский и сербский эпос.
По мнению Веселовского, если в поэмах Гомера больше постоянных эпитетов, чем во французских, то только потому, что за ними стояли песни архаического, формально-отстоявшегося стиля. Во французских же авторы встретились с более свежим песенным преданием лирико-эпического характера, еще не распетым до преобладания шаблона.
Не известно, понимал и понимает ли народный певец этот незыблемый эпитет как нечто яркое, всякий раз освещающее образ, или же повторял его как нечто старинное. В связи с этим Веселовский ставит вопрос о том, вправе ли мы отделять народную поэзию от поэзии личной. От того, что известные определения повторяются при известных словах